Опубликовано пользователем сайта

Говорят, что...

Я впервые не знаю, что писать в заголовке. Просто зайдите и почитайте

401
Я впервые не знаю, что писать в заголовке. Просто зайдите и почитайте

Андрей Павленко — один из лучших хирургов-онкологов страны. Руководитель онкологического центра «Клиника высоких медицинских технологий имени Н.И.Пирогова при Санкт-Петербургском государственном университете». Почти  два года назад он узнал, что болен раком желудка. Два года продолжалась его борьба, он рассказывал о ней,  оперировал больных, консультировал и обучал ординаторов. 1 января 2020 года он написал прощальный пост в Фейсбуке.

"Друзья!
Мой жизненный путь завершается! К сожалению моя болезнь оказалась коварнее и ее развитие за последние 2 месяца не оставила мне шансов!
Но я хотел бы сейчас предупредить всех кто находится на этапе лечения - не опускайте руки!
Статистика вещь упрямая и у вас даже с моим диагнозом есть шансы на излечение! Просто поверьте в это! Мне просто не повезло )
Я всегда был для своей семьи надежное опорой и защитой. Сейчас они остаются одни. Я знаю, что мои друзья будут поддерживать их, но в данном случае уверен, что лишней помощи быть не может.
Ниже приведены реквизиты карты супруги. Спасибо вам за то, что были со мной!! Всем удачи!!!

Комментарии к посту будут отключены намеренно - я физически не смогу на них ответить. Всю информацию можно получить в личной переписке с Анютой"(с)

Для меня это была страшная новость - я наблюдала за Андреем издалека, но почему-то была уверена, что ТАКОЙ человек не может умереть, он обязательно победит эту гадину, этот рак. Чуда не случилось и теперь мы можем только помолиться за Андрея и поддержать его семью: у Андрея трое детей, девочки. От себя скажу так: я НЕ понимаю, не могу понять, почему такие люди уходят. Я не хочу говорить о бессмысленной жизни алкашек, которые убивают своих детей, а потом доживают до 80 лет, может и без зубов, но в полном здравии. Это их дело, я точно не хочу их смерти взамен на жизнь Андрея. Но почему, ПОЧЕМУ смерть забирает людей, которые могли подарить жизнь еще тысячам заболевших - я не понимаю. В этот момент мой жизненный шар трещит по швам и я окунаюсь в отчаяние. Но я учусь. У таких людей, как Андрей Павленко. Понимать, что жизнь надо принимать во всех ее проявлениях и просто стараться сделать ее немного лучше. Я могу только помочь семье Андрея и говорю: давайте сделаем это вместе. 

Далее идет текст статьи из Afisha daily от 2018 года, это было начало течения болезни и тогда все были уверены, что все будет хорошо. 

Я хирург-онколог, в настоящее время руковожу онкологическим центром на базе многопрофильной клиники. Центр называется «Клиника высоких медицинских технологий имени Н.И.Пирогова при Санкт-Петербургском государственном университете». Я оперирую и консультирую. Думаю, за свою карьеру я прооперировал более двух тысяч человек. Также я обучаю клинических ординаторов — это доктора, которые уже получили диплом об окончании вуза.

Все началось с того, что у меня возник желудочный дискомфорт, появились боли натощак. Я начал принимать определенные препараты, а потом пошел на гастроскопию, в ходе которой выявили опухоль. После взяли биопсию, а еще через сутки я сделал себе компьютерную томографию, по данным которой понял, что это уже третья, продвинутая стадия, что ситуация очень серьезная.

Мне 39 лет, и это даже не возраст для скрининга по раку желудка. Моя форма рака выпадает из общей статистики. На ранней стадии диагностировать ее почти невозможно: стенка желудка состоит из нескольких слоев, а разрастание опухолевых клеток произошло в глубоком базальном слою. У меня рваный график, и мне, как и всем врачам, сложно питаться правильно. И моя диета сделала мне добро: из-за нерегулярных приемов пищи открылась язва, что заставило меня сделать анализы. Благодаря язве и появлению болей опухоль проявила себя.

При третьей стадии и при эффективном проведении неоадъювантного лечения (лечение, при котором химиотерапия, лучевая терапия и гипертермия назначаются до основного лечения, операции. — Прим. ред.) у меня есть 45% шанса прожить 5 лет и более. Пока что мой расклад — примерно 50 на 50.

У меня совершенно нет сожалений на тему того, что можно было обнаружить болезнь раньше: я же выпадаю из общей статистики по возрасту. Такие люди есть, я их сам оперировал. Минимальный возраст людей, которым я делал такие операции, это 29 лет (женщина) и 32 года (мужчина). Там все закончилось печально и очень быстро. Они мне оба очень хорошо запомнились, особенно девушка — у нее на руках был трехлетний ребенок, она воспитывала его одна, а я знал, что она погибнет в течение трех месяцев.

Хирург-мужчина редко плачет, но я тогда пустил слезу, закрывшись в ординаторской. Я был уже состоявшимся взрослым, казалось бы, прожженным, но невозможно привыкнуть к этому. Это было ужасно. Это невозможно забыть.

О реакции близких

Услышать диагноз «рак» мне было, наверное, проще, чем обычному человеку, потому что с этой болезнью я сталкиваюсь каждый день. Но в первые несколько секунд было весьма тревожно. Тремор возник, честно говоря, хотя я очень устойчивый психологически человек. И пошла горячая волна от головы. Но это прошло буквально через минуту.

Жене я рассказал о диагнозе в день его постановки, когда получил гистологию. Мы договорились встретиться, чтобы сходить по магазинам, что-то купить детям, и в машине перед торговым центром я сказал ей, что у меня рак желудка, что мне предстоит лечение. Она была в шоке, расплакалась, распереживалась, у нее задрожали руки. Я ее успокоил как мог. И сейчас она, конечно, не в норме, но очень держится. Она мне не показывает этого, но я знаю, что ей сложно.

У меня трое детей — дочкам 13 и шесть лет, сыну год. Сложнее всего старшей дочке: она все понимает, я ей рассказал всю серьезность ситуации. Она мне тоже не показывает свои переживания, но жена говорит, что по вечерам дочка плачет в подушку.

Средняя дочь тоже знает, что папа лечится от опухоли, но ей 6 лет, подробности ей не нужны. Единственное, что может заставить увлажниться мои глаза, это мысли о моих детях. Безусловно, я думаю об этом постоянно.

Коллеги знают о диагнозе. Когда я им сказал, все были шокированы. Потом они присылали мне такие сообщения, что я был действительно тронут их заботой, их отношением ко мне. Ребята, которые у меня работают, — это ординаторы из Высшей школы онкологии, они поступали на конкурсной основе, а сейчас проходят обучение по особой программе. Они отличаются от среднестатистического ординатора тем, что очень мотивированны, эрудированны, имеют особый огонь в глазах — это видно. За год из людей, которые ни разу не делали операцию, они вышли на такой уровень, что делают так же грамотно, как я, хоть и медленнее. Конечно, все под моим контролем, я над ними как наседка, не даю делать ошибок.

Однажды вечером я попросил у ребят машинку для стрижки волос, сказал: «Завтра буду вас удивлять». Они, не дожидаясь моего прихода, собрались в тот же вечер (весь онкоцентр!) и сходили в барбершоп, где их побрили наголо. Я пришел утром на работу, зашел в ординаторскую, смотрю — а они все в шапочках. Я не понял, почему в шапочках. Вдруг они сняли шапки… И это, наверное, второй раз в жизни, когда скупая мужская слеза прокатилась по моей щеке. Это было настолько… ну, я понял, что они меня любят.

Видео, которые сняли ординаторы Андрея, чтобы поддержать его во время химиотерапии. После этого коллеги Андрея стали бриться наголо и снимать подобные видео, которые можно посмотреть по хештегам #pavlenkoteam и #totallyboldoncology

 

 

Знать все

Я никогда не переносил заболевания пациентов на себя, поэтому мыслей о том, что то же самое может случиться со мной, у меня не было. Но я всегда пытался ставить себя на место больного. Часто, когда больные приходят на прием, они рассказывают не только о том, что беспокоит их в плане основного заболевания, но и о своих проблемах, о семье. Им необходимо об этом говорить, поэтому я никогда не прерываю человека и пытаюсь понять, что больше всего его беспокоит. В зависимости от этого я строю беседу.

При очень серьезной онкологической ситуации не каждому можно давать всю информацию сразу, иногда ее нужно дозировать и смотреть на реакцию, а затем, когда пациент готов вернуться к продуктивной беседе, давать следующий блок. Постепенно человек становится полностью информированным о своем заболевании, о вариантах лечения (если они есть), о своем прогнозе. А дальше больной должен сам выбрать вариант лечения из предложенных мной. Иногда может уйти 2–3 консультации на то, чтобы озвучить все.

Но есть те, кто с порога говорят: «Доктор, я должен знать все». Как правило, это очень активные люди, которые строят планы, и они должны знать, как их модифицировать. Такому человеку можно говорить все сразу, и он будет подстраивать свою жизнь под ситуацию, не отвлекаясь от целей, которые себе поставил. Я отношусь скорее ко второй группе больных.

Как строить планы на жизнь, когда ты болен раком

У меня была возможность выбрать любой вариант: от ничегонеделания (я знаю, что статистика порой довольно пессимистична в моей ситуации) до самого непростого лечения. Я понимал, что если я сразу выберу хирургию, мои шансы сильно уменьшатся. Если выберу этапный вариант лечения, у меня будет максимальное количество шансов победить эту болезнь. То есть сначала это химиотерапия, а потом, возможно, рассмотрение вопроса об оперативном лечении.

После того как я узнал диагноз, я в течение двух суток уже понял, что буду делать дальше. Я нарезал для себя четыре блока задач.

Первое — сделать все, чтобы онкоцентр, который я начал развивать полтора года назад, развивался дальше. Также мне пришлось принять кадровые решения. Я уже нанял человека, который смог бы заменить меня, если я не смогу вернуться на свою основную работу.

Второе — сразу же возникла идея создать медиапортал. Это то, что лежит на поверхности. То, что мы обсуждаем с ребятами, которые знают, что происходит с онкологией.

© Ксения Иванова для ТД

Третий блок — семья. Я хочу сделать максимально много для своей семьи, хочу, чтобы они получили какую-то финансовую независимость. Со мной может произойти все что угодно, поэтому я хочу обеспечить их на какое-то время финансово. Пока не знаю, как это сделать, в семье я работаю один. В диспансере раньше я получал 42 тысячи рублей в течение 10 лет, а начинал с восьми тысяч рублей. И это центральный город, Санкт-Петербург. Только недавно, перейдя в этот центр, пройдя большой путь, я стал зарабатывать достойные деньги. Не зря говорят, что хороший хирург начинает зарабатывать с 40 лет. Я бы добавил, что хороший хирург, у которого правильные принципы.

Четвертый блок — победить свою болезнь. Я уже задержал второй курс на неделю, у меня развилось серьезное осложнение, но сегодняшний анализ показал, что можно под прикрытием определенных препаратов провести курс. Очень важно соблюсти тайминг, каждый курс должен следовать за предыдущим с определенным интервалом. Я попытаюсь сделать все, чтобы приблизиться к идеальному таймингу, но пока не получается.

Я знаю абсолютно все, через что могу пройти: все осложнения, которые могут возникнуть, варианты прогрессирования заболевания. Но я психологически к этому готов. Не знаю, что будет, если болезнь разовьется, посмотрим. Я попытаюсь держать вас в курсе, потому что мой блог рассчитан на абсолютно открытый разговор. Также я попытаюсь информировать людей о том, как можно поступить в той или иной ситуации.

О проблемах с лечением онкопациентов в России, или зачем нужен медиапортал

Когда у меня появилась идея создать медиапортал, мы с коллегами поняли, что эту идею можно хорошо развить, воспользовавшись моей ситуацией. Я же теперь необычный человек, поэтому меня будет проще услышать.

Тизер проекта «Жизнь человека» об Андрее, который он делает вместе с порталом «Такие дела»

Прежде всего я постараюсь сделать все, чтобы изменить отношение докторов к пациентам, а также отношение больных к докторам. По последним опросам, более 40% пациентов считают, что врачи виноваты в неоказании качественной медицинской помощи. Они сразу винят докторов. Сейчас происходят гонения на врачей: Следственный комитет заводит кучу дел, мы практически беззащитны, а хирурги — самая незащищенная каста в этой среде, потому что у хирурга не может не случиться осложнений. Не может вообще не быть летальных исходов, и те, кто занимаются хирургией серьезно, это понимают. Дело [Елены] Мисюриной (судебный процесс над врачом-гематологом, которую приговорили к двум годам лишения свободы, что вызвало протесты в медицинском сообществе. — Прим. ред.) всем прекрасно известно: когда настоящего профессионала, сделавшего все по стандарту, взяли и посадили в тюрьму. Эту ситуацию нужно менять.

Есть много хороших докторов, которые так же, как и я, общаются с больными, но их все же катастрофически не хватает. В основном врачи ведут очень сухую беседу, больному фактически не смотрят в глаза, не видят его эмоции, не наблюдают за ним. Я это делаю интуитивно, меня никто не учил. Я буду говорить в том числе о том, что есть люди, менторы, которые учат общению с больным. Это очень важно. Парадигму [общения с пациентом], которая идет с советских времен, нужно уничтожить.

У медиапортала очень много подцелей, задач. Одна из них — это информирование больных о возможных осложнениях, а также попытка разрушить стену между доктором и пациентом. Вторая задача — работа с коллегами, попытка их консолидировать под проект обучения хирургической онкологии нового образца, который я сейчас создаю. Он должен будет функционировать по совершенно новым принципам. Сейчас у нас преобладает пассивный вариант обучения хирургической онкологии, это значит — приходи и смотри, как я тут оперирую, а потом, может, попробуй повторить. У хирурга очень сложный путь к мастерству: чтобы стать хорошим хирургом-онкологом, надо пробить столько стенок — вы себе не представляете. У нас хорошими хирургами становятся не благодаря системе, а вопреки ей. Только очень мотивированные люди способны пройти этот путь. У нас нехватка квалифицированных хирургов-онкологов, да и просто хирургов, потому что все они учатся пассивно, наблюдая, а иногда ассистируя. Крайне редко ментор дает ординатору что-то делать. Поэтому, выпускаясь из ординатуры и получая сертификат хирурга, 90% людей не готовы к самостоятельному оперировании

О поддержке

Я получаю очень большую поддержку от коллег. Я уверен, что они поддержат меня в моем большом проекте — он, наверное, самый главный в моей жизни — и мы сделаем так, чтобы он точно был работоспособным. С блогом помогают мои ребята на работе: мы вместе пишем ролики, делаем посты. Они так загорелись этой мыслью…

Что касается семьи и блога, то я готов пустить [аудиторию медиапортала] в семью настолько, насколько мне это позволит супруга. Разумеется, мы это с ней обсуждаем. Я не очень люблю распространять информацию о семье, но то, как они мне помогают, уже выложено на сайте. Например, есть видео, как они меня стригли. Стригла старшая дочка, а снимала супруга. К вопросу о поддержке — они не удивились, что я завел блог, поддерживают. Хотя я понял, что в последнее время они ревнуют меня к телефону. Я пытаюсь отвечать на все сообщения [которые присылают читатели], но это очень сложно, я не успеваю. Я расстраиваюсь из-за этого, потому что среди сообщений с поддержкой есть некоторое количество моментов, которые я мог бы компетентно прокомментировать.

Я поражен количеством сообщений, которые присылают мне совершенно незнакомые люди. Я никогда в жизни не писал столько сообщений, честно говоря.

Я никогда не был публичным, не любил делать посты в фейсбуке. Сейчас я настолько тронут всеми этими сообщениями, что они дают мне силу, наверное. Я сильный человек, но они дают мне силу дополнительно — все ваши сообщения с поддержкой, с предложениями о помощи.

Конечно, на медиапортал тратится много энергии, но я такой человек, что не могу сидеть на месте и вести себя как амеба. Я могу выключить мозг максимум на двое суток. Я также прекрасно осознаю границы, где мне нужно ограничить свою деятельность. Мои коллеги часть работы сейчас взяли на себя, но это произошло абсолютно органично. Все понимают, что я не могу быть функциональным на 100%, как раньше. Человек, которого я привел, потихоньку берет на себя мои функции, это здорово. Можно сказать, он меня оберегает.

Зачем лечиться в России

© Ксения Иванова для ТД

Я не планирую лечиться за границей. Если ты живешь, например, в Германии и приходишь к онкологу, то у тебя стопроцентная вероятность того, что ты будешь получать лечение на основе современных гайдлайнов и стандартов. Если ты заболел раком в России и у тебя нет выхода на хороших докторов, ты играешь в лотерею. Но, поверьте, онкоцентров и многопрофильных клиник, где знают, что такое доказательная медицина, гайдлайны и стандарты оказания онкологической помощи, немало. Хороших докторов тоже много в России. Хотя в масштабах страны этого количества явно не хватает.

В медицинском туризме есть свои нюансы. Я много раз сталкивался с ситуацией, когда зарубежные коллеги в серьезных клиниках нарушали онкологические стандарты в угоду получения финансовой выгоды. Многие расценивают медицинских туристов как мешки с деньгами. К сожалению, они себя этим скомпрометировали, поэтому медицинский туризм в Германию и Израиль начинает терять популярность, учитывая, что появились хорошие клиники и в России. Они разрозненные и неконсолидированные, они борются за влияние между собой, но они есть.

Сейчас у нас практически нет проблем ни с лекарствами, ни с оборудованием. Могут быть нюансы к концу года: покупается определенное количество препаратов на год, и если они заканчиваются раньше, а кому-то не повезло заболеть, например, в ноябре, препаратов может просто не хватить. Это не вина главврача, не вина химиотерапевта, а вина организации оказания медпомощи. Насколько я знаю, санкции этих препаратов не коснулись. Конечно, запрещать ввоз оригинальных иностранных средств — бред, я против этого. Если бы наши депутаты лечились в России, этого бы не происходило

Легко ли продолжать работать хирургом-онкологом

Недавно у меня произошло осложнение, которое очень часто бывает при агрессивной схеме химиотерапии. Это нейтропения, когда белые кровяные тельца (выражаясь простым языком) исчезают из периферической крови и начинают развиваться только в костном мозге. Любой микроб и вирус, который подхватывается в этот период, может нанести серьезный вред организму, так как иммунная система значимо ослабевает. Лично у меня возникла лихорадка, озноб, я лежал три дня дома, было плохо. Я принимал антибиотики, другие препараты, и за трое суток мне удалось побороть это состояние. В этот момент важна оперативная связь с доктором, а иногда это требует госпитализации — если речь идет об обычном больном, а не о докторе-онкологе.

Последнюю операцию я сделал в день, когда меня настигла нейтропения. После этого я решил на время отказаться от оперативной активности, тем более что за последние три недели я увидел, что мои ребята оперируют сами — несколько раз я просто стоял у них за спиной. Они сделали все надежно. Но я останусь наставником, ментором, администратором, помощником. Консультировать я продолжаю — только сегодня было три или четыре пациента. Больным я не говорю о своей ситуации, в этом нет необходимости, но, думаю, если они узнают, ничего страшного.

После следующей химиотерапии мне придется лежать и отдыхать, изолировать себя на некоторое время. Я решил, что в это время буду дописывать диссертацию, доделывать проект моего центра со всеми расчетами.

Еще у меня есть множество подкастов: я составляю себе план по каждой теме, смотрю на вопросы и отвечаю на них. Обычно записываю дома, а теперь думаю о том, что запишу на следующем курсе [химиотерапии], потому что там отдельная палата, будет спокойно. Дома же трое детей, понимаете?

О вере в выздоровление

Когда случилась нейтропения, никакого ощущения растерянности у меня не было — наоборот, полная собранность, контроль. Правда, был момент, когда я надеялся на то, что лихорадка сможет как-то воздействовать на онкологические клетки. Есть термин — гипертермическая перфузия, то есть лечение повышенной температурой в онкологии. Доказано, что определенная температура начинает улучшать воздействие химиопрепарата. Вот и я надеялся, что высокая температура поможет мне в борьбе с раком. Человек остается человеком. Но доктор должен держать эмоции под контролем, поэтому такая мысль промелькнула лишь на минуту.

Больного нельзя лишать веры. Если человек верит в нетрадиционную медицину и отказывается  от лечения с доказанной эффективностью, это плохо, нужно сделать все, чтобы он передумал. Но если человек, получая основную схему терапии, говорит: «Андрей Николаевич, а как вы смотрите на то, что я, например, начну принимать семена льна?» — я отвечаю, что можно попробовать. Если человек верит в такое дополнительное лечение и это не причинит ему вреда, не нужно отказываться, эффект плацебо еще никто не отменял, психосоматику тоже. Веру нужно поддерживать обязательно.

У меня не было переоценки ценностей, с постановкой диагноза мои принципы ни на йоту не изменились, взгляды на справедливость тоже. Иногда человек с онкологией начинает задаваться вопросами: почему я? почему у меня? почему не у кого-то еще? Я ни разу не задавал себе этот вопрос. Потому что это вопрос эгоиста, а я не эгоист.(c)

Я просто плачу, девочки...#pavlenkoteam

Оставьте свой голос:

5985
+

Комментарии 

Войдите, чтобы прокомментировать

Fortuna
Fortuna

В нем столько мужества и силы.
Я буду верить.

pravda-matka
pravda-matka

Fortuna, лишь тот, кто воочию не видел этого ада,может написать так... Мамочка ушла 1 сентября, 47 лет, желудок, 4 стадия... И мне всё ещё не хватает ни слов,ни сил, ни даже дыхания написать о ней пост... Следом ушла Таня, тот же диагноз, 33 года и трое дочерей. Это страшно, это невыносимо и... Чуда не будет. Не верьте. Лучше помогите материально семье, если у Вас есть желание и возможность.

elis
elis

Fortuna, Андрей Павленко умер сегодня - 05.01.2020.
Его последнее обращение есть на канале "Такие дела" в ютюбе. Начинается со слов: "Если вы смотрите это видео значит я уже умер...".
Как жаль хорошего человека (((

SvitlanaYak
SvitlanaYak

elis, плачу!(( Как будто близкий человек умер(( Следила за его историей потому что моя мама сейчас умирает, так надеялась, что он победит(((( как же жалко!!!

elis
elis

SvitlanaYak, очень сочувствую вам ((((

lilminty
lilminty

Достойный поступок врача и мужчины !

Какой храбрый и сильный человек.

Пусть у его семьи все будет хорошо.

boobooka
boobooka

lilminty, надо помочь им. Жена сидела с детьми, главный кормилец был он. Понятное дело, что она пойдет на работу, иначе никак, но по первым порам с тремя детьми и наверняка какой-нибудь ипотекой остаться одной и при этом переживать постепенное умирание любимого человека - это просто не знаю с чем сравнить. это ад

lilminty
lilminty

boobooka, помочь нужно однозначно.

Это очень важно особенно на первое время. Вы правы. Ей надо набраться сил.

Ситуация просто на разрыв.

monskarro
monskarro

boobooka, у меня мама умерла от рака в ноябре прошлого года, 31 декабря было 40 дней. Тоже была врачом- терапевтом, работала за неделю до смерти, вела дневной стационар.
Это не просто тяжело, это часть тебя просто так же умирает.

boobooka
boobooka

monskarro, очень вам сочувствую, обнимаю вас

Lubovzla
Lubovzla

monskarro, примите слова сочувствия. У вашей мамы можно сказать была легкая смерть, без болей в несколько месяцев....

nata_aic
nata_aic

monskarro, мои соболезнования вам. Я вас понимаю. Как часто этот ужас забирает от нас самых мужественных и сильных.

Bonumess
Bonumess

monskarro, обнимаю Вас.....

Bijou
Bijou

monskarro, мои соболезнования, это ужасная боль...

Mimishka
Mimishka

monskarro, обнимаю вас ... очень очень

Fima
Fima

boobooka, самое страшное - не ипотека, одиночество и боль от ухода родного человека, невыносимо страшно, когда уходят от диагноза рак, но рак желудка это вообще адище, человек, кроме болезни, уходит от голода. У меня от рж умерла бабушка 15 лет назад, но ужас от этого всего накрывает до сих пор.

boobooka
boobooka

Fima, тут не надо измерять, что страшнее: семья теряет кормильца, отца, любимого человека, с ним уходит все: любовь, жизнь и средства к существованию.
Деньги еще не отменили в нашем обществе. Я не представляю, что после такого удара жена легко подпрыгнет и побежит деньги зарабатывать и это без опыта работы в течении 15 лет.
Цель поста - помочь семье и не словом, а делом.
Ну и чтобы люди вовремя шли проверяться, особенно если есть наследственность.

Fima
Fima
Показать комментарий
Ravshanka
Ravshanka

Fima, хеликобактер вызывает язву

Peppy
Peppy

boobooka, привет, а где реквизиты?

Загрузить еще

Войдите, чтобы прокомментировать

Сейчас на главной

"Спросите моего бойфренда": Холли Берри высмеяла слухи о своей фригидности

"Спросите моего бойфренда": Холли Берри высмеяла слухи о своей фригидности

Новости 7762 27
Гвинет Пэлтроу опубликовала редкое фото с детьми в честь Дня благодарения

Гвинет Пэлтроу опубликовала редкое фото с детьми в честь Дня благодарения

Звездные дети 14249 72
Модная битва: Хейли Бибер против Дарьи Коноваловой

Модная битва: Хейли Бибер против Дарьи Коноваловой

Битва платьев 5257 21
Обрезать кутикулу нельзя, лак нужно хранить в холодильнике и еще 7 мифов о ногтях и маникюре

Обрезать кутикулу нельзя, лак нужно хранить в холодильнике и еще 7 мифов о ногтях и маникюре

Новости красоты 14937 14
Первая модель в хиджабе Халима Аден завершила карьеру по религиозным соображениям

Первая модель в хиджабе Халима Аден завершила карьеру по религиозным соображениям

Новости моды 15617 91
А у нас во дворе: почему представители светского общества так хотят казаться аристократами (а выглядят ряжеными)

А у нас во дворе: почему представители светского общества так хотят казаться аристократами (а выглядят ряжеными)

Хроника 29326 318
Песков прокомментировал расследование "Проекта" о "третьей дочери" Путина: "Провокационная желтизна"

Песков прокомментировал расследование "Проекта" о "третьей дочери" Путина: "Провокационная желтизна"

Звездные дети 7697 26
Базовый гардероб, модный феминизм и Якутия: смотрим новые лукбуки
Умер Дэвид Проуз, сыгравший Дарта Вейдера в "Звездных войнах"
Татьяна Навка и Дмитрий Песков, Надежда Михалкова с детьми и другие на открытии ГУМ-катка в Москве
Другие супермодели: вспоминаем звезд подиума 90-х
Битва платьев: Келли Кларксон против Кейт Хадсон
Бег для похудения: 5 вещей, которые следует учесть перед началом
Винтаж из TikTok: как блогер перевоплотилась в Мэрилин Монро и покорила соцсеть для зумеров
Wanted: рождественская коллекция Diptyque, созданная вместе с художником Уго Гаттони
Не только Эшли Грэм: 5 успешных моделей plus-size, за которыми интересно следить
Битва платьев: Кайя Гербер против Натальи Давыдовой
Бьюти-дайджест: от косметики Артемия Лебедева до бодипозитивного календаря
Валерий Меладзе, Альбина Джанабаева, Марат Сафин и другие на светском ужине в Москве
Ольга Кабо, Екатерина Одинцова, Ирина Дубцова и другие на бьюти-премии в Москве
Инсайдер: Софи Тернер и Джо Джонас спустя 4 месяца после рождения дочери уже планируют второго ребенка
Модный дайджест: от кампании с Натальей Водяновой до новых экоколлекций
В сети появились ранее не опубликованные снимки принцессы Дианы
Как Хейли и Джастин Бибер, Риз Уизерспун, Дженнифер Энистон и другие отметили День благодарения
Инга Меладзе рассказала о расставании с любимым: "Очень больно, обидно и горько"