Джеймс Франко написал открытое письмо, которое вышло в новом номере газеты The New York Times. В нем актер пытается разобраться в причинах по меньшей мере странного поведения своего коллеги, звезды "Трансформеров" Шайи ЛаБефа.

Напомним, что в последнее время в прессе постоянно появляются новости об экстравагантных выходках актера. Сначала его уличили в плагиате, когда тот представил свой короткометражный фильм. Шайя написал в твиттере слова извинения за то, что "подсмотрел" сценарий у другого автора, но, как выяснилось, сами эти слова тоже оказались плагиатом - ЛаБеф просто привел цитату другого человека.

Затем, на недавней премьере фильма Ларса фон Триера "Нимфоманка", прошедшей в рамках такого серьезного мероприятия как Берлинский кинофестиваль, ЛаБеф отличился, представ на красной дорожке с бумажным пакетом на голове, на котором было написано "Я больше не знаменитость".

Пресс-конференцию же, посвященную фильму, актер неожиданно покинул с загадочной фразой:

Чайки летят за траулером, так как надеются, что сардины будут падать в море.

Эти слова, кстати, тоже принадлежат не ЛаБефу, а французскому футболисту Эрику Кантоне.

Также актер организовал в Лос-Анджелесе некую арт-экспозицию, суть которой заключалась в том, что он просто сидел с тем же бумажным пакетом на голове и смотрел на посетителей сквозь сделанные в нем прорези.

Что всеми своими поступками хотел сказать Шайя - общественность так и не поняла. А вот что думает по этому поводу Джеймс Франко:

Подобное поведение может быть признаком самых разных вещей - от нервного срыва до юношеской беспечности. Надеюсь, что с мистером ЛаБефом не происходит ничего серьезного. Я надеюсь на то, что (пусть это и может звучать странно или претенциозно) все эти действия - просто часть перфоманса, с помощью которого молодой человек, постоянно находящийся в центре внимания публики в силу своей профессии, пытается изменить представление о себе.

Франко пишет о том, что актерам свойственны некие "бунты" против своей же профессии. Он приводит в пример Марлона Брандо, который не только порой удивлял публику выбором ролей, которые все считали слишком "мелкими" для него, но в свое время даже отказался от "Оскара":

Это тоже акты протеста против индустрии, которая заставляет актера оставаться верным своей индивидуальности, но при этом постоянно с ней борется.

Актер вспоминает и о собственных "акциях протеста":

В 2009 году я снялся в мыльной опере "Главный госпиталь". В то же время я снимался в фильмах, которые получали номинации на "Оскара" и восторженные отзывы критиков. Мое решение отчасти было связано с желанием разрушать стереотипы о том, что должен и что не должен делать киноактер... Любой творческий человек, независимо от поля деятельности, испытывает определенное несоответствие между самим собой и своим публичным имиджем.

В заключение Джеймс повторяет предположение о том, что спорные поступки Шайи ЛаБефа могут быть связаны с продвижением какого-либо его проекта, однако не исключает и наличие других проблем:

Мистер ЛаБеф играет в кино с детства, а потребность актера бороться с тем своим имиджем, который его тяготит, часто дает о себе знать именно в период взросления. Думаю, что если все это мистер ЛаБеф делает ради некого проекта, то это стоящий проект. Но я надеюсь, что он будет осторожен и не утратит уважение к себе как к актеру ради того, чтобы доказать, что он творческая личность.

Интересно, что этой весной мы увидим Франко в фильме "Душевные болезни" в роли бывшего актера, испытывающего психологические проблемы.

Шайя ЛаБеф на премьере "Нимфоманки" в Берлине

Шайя ЛаБеф на пресс-конференции "Нимфоманки"

Источники: The New York Times, Gettyimages.com/Fotobank.com