Опубликовано пользователем сайта

Про звезд

Света на Дожде

201
Света на Дожде

Эх, была не была, налетаем, пока не снесли!

Синдеева: У меня сегодня в гостях Светлана Бондарчук. Сейчас я попробую перечислить все ее регалии. Света уже 13 лет главный редактор журнала «Hello!».
Бондарчук: Да.

Синдеева: Света — совладелица сети салонов Buro Beauty.

Бондарчук: Да.

Синдеева: Света совсем недавно с Надей Оболенцевой открыли Fanny Studio, где занимаются йогой, пилатесом. Очень красивая студия, я еще туда не дошла.

Бондарчук: Очень зря.

Синдеева: И сейчас, насколько я знаю, готовится новый проект на СТС, в котором ты...
(...)
Синдеева: Света, вот смотри, у тебя сейчас очень много ипостасей, но я-то помню тебя и 15, и 20 лет назад, и ты всегда была активная, ты всегда была яркая. Всегда была рядом с Федей, красивая женщина, которая рядом…

Бондарчук: Друг.

Синдеева: Друг. И вдруг тебя как-то так занесло в очень активную деятельность. Я так понимаю, что для тебя это тоже было неожиданно?

Бондарчук: Абсолютно.

Синдеева: И все это началось с главного — редактор журнала «Hello!» фактически. Как это случилось? Или что было?

Бондарчук: Наташа, нет. Случилась история, такая уже старинная, правда, 13 лет. А до этого я год уже работала в Forward Media. Каким образом я оказалась в издательском бизнесе? Это наша общая подруга, изначально, Ольга Слуцкер, которая, наверняка, у тебя тоже была в гостях или будет.

Синдеева: Давно.

Бондарчук: Давно. Вот, Ольга Слуцкер, она очень близко дружила с Полиной Юмашевой, которая в этот момент начинала новый свой бизнес-проект, и ей нужна была команда. С Полиной мы были знакомы, но мы не были друзьями, подругами. Но почему-то Оля, она такой человека, креативный, она увидела…

Синдеева: Она как медиатор, да. Она умеет.

Бондарчук: Да, она увидела, что, возможно, это мне подойдет история, а Полине буду полезна я. Когда мне позвонила Ольга и сказала: «Света, пойдем пообедаем».

Бондарчук: И она встречается со мной, рассказывает историю про Forward Media, про проект «Hello!». Я на нее смотрю и даже не понимаю, к чему она это говорит, потому что ты меня, правда, знаешь всю жизнь, и у меня никогда не было амбиций быть журналистом или уж, тем более, главным редактором. Я даже не понимала, в чем суть этой истории, и чем я могу быть полезна. А я, как человек ответственный, не знаю, может, выгляжу я менее серьезно, но я всегда очень ответственно отношусь к людям, особенно, если я могу подвести своих близких людей, я очень переживаю. И первая моя реакция была — отказ. Я сказала: «Оля, это очень странно, я не хочу быть главным редактором». Там даже не было вопроса главным редактором, там нужен был соратник, с кем Полина в какой-то общей…

Синдеева: Всегда нужен человек, с которым бы ты…

Бондарчук: С кем ты заходишь в общую историю. Ну я уже в тот момент была достаточно медийна, уже тогда я вела на «Домашнем» и на СТС, у меня была «Топ-модель», которую я перехватила, там Федор вел, потом я, потом, по-моему, Цекало. То есть у меня уже был какой-то опыт и определенная узнаваемость, даже не в районе Бульварного кольца, а чуть уже шире. Таким образом, я отказывалась, но нас все равно Ольга как-то пересекла с Полиной, и мы подружились. Изначально с Полиной мы просто испытывали друг к другу симпатию, и когда все-таки момент «икс», когда началась работа у Полины с издательским домом, а она, не буду говорить, уговорила, но как-то мне говорила, Свет, давай все-таки попробуем. Я попробовала, и вот пробую по сей день, там есть какой-то мой путь.

Синдеева: Слушай, но ведь страшно же было, подожди…

Бондарчук: Очень страшно. Ответственность.

Синдеева: Это же ответственность, у тебя команда, люди, ответственность за бизнес. Главный редактор, в общем-то, это все…

Бондарчук: Да, все, и при этом без команды ты ничто.

Синдеева: Это понятно.

Бондарчук: Ты абсолютно права, потому что когда мы с Полиной пришли в Forward Media, который, на тот момент журналу «Hello!» было год, но он уже себя очень хорошо зарекомендовал на рынке, была достаточно сильная команда. Кстати, один человек, мой любимый шеф-редактор Нина Суслович, которая буквально, меньше года назад, в январе, мы расстались с ней, как с шеф-редактором, при этом она осталась на проектах благотворительных в нашем издательском доме. То есть, когда мы с Полиной пришли, конечно, на нас смотрели как на… Ну, не очень серьезно, Наташа. На меня вообще принято так смотреть, не очень серьезно, ты знаешь эту историю.

Синдеева: И как ты?

Бондарчук: Ну, у меня была задача в первую очередь сохранить команду, потому что я понимала, что с моей стороны будет очень нагло и, возможно, несправедливо, прийти и диктовать какие-то свои правила. То есть я сразу оценила продукт, попыталась понять, чем я смогу быть полезна, и что надо сохранить, потому что «Hello!» был хороший журнал. Это таблоид о «звездах», о российских, о зарубежных. К тому моменту у меня было две обложки журнала «Hello!», с Федором и… И с Федором, собственно говоря. Ну, ответственность большая. Я пришла на эту встречу с Полиной, и тогда мне казалось, что эти все люди очень взрослые, очень серьезные, точно что-то знают больше, чем мы с Полиной, что справедливо — они уже делали журналы, по всей видимости, не один, и они профессиональные люди. Но я понимала, что я могу дать журналу другой акцент, другое направление, потому что, как мы знаем, если не знает наш зритель, то журналы не живут за счет распространения…

Синдеева: Реклама.

Бондарчук: Да, они живут за счет рекламы. Реклама — очень важная статья для журнала, журнального бизнеса.

Синдеева: И ты хорошее «лицо», в том числе, для этого.

Бондарчук: Ну да, получается, что у меня хорошо получались переговоры с рекламодателями, с большими компаниями, и со «звездами», в том числе. Я просто очень долго не могла понять свою функцию, потому что я не хочу сейчас никого вводить в заблуждение, что я фантастически пишу. Возможно, нет, но я делаю хорошие интервью. Я даже их не называю интервью, я их называю разговор, он идет как разговор с главным редактором. «Звезды», как вот к тебе приходят с легкостью. Я, Наташа, я не хожу на интервью, при всей моей симпатии ко многим ведущим, но я не пойду, потому что формат другой. А вот на разговор с Наташей Синдеевой я сразу сказала, к ней я пойду, потому что… Я причем понимаю, что у тебя могут быть в какой-то момент и для меня более сложные вопросы, но у меня к тебе есть степень доверия и понимания твоего внутреннего мира. Это очень важно. Вот у «звезд», к счастью, у которых я беру интервью, ко мне такое же отношение. Поэтому я сразу определила, чем я могу быть полезна для журнала, и по сей день иду как бы в этом направлении.

Синдеева: Скажи, когда ты почувствовала, что все, тебя приняли, и ты почувствовала себя уверенно? Много времени прошло? Нужно было доказывать все-таки?

Бондарчук: Прошло какое-то время. Прошло время. Это не в одну секунду, я очень была неуверенна. Это вообще, кстати, моя черта…

Синдеева: Твоя черта, кстати, несмотря на то, что кажется, что так не должно быть.

Бондарчук: Нет-нет, это же внутреннее ощущение. То есть, у меня нет претензий, я не комплексую по поводу своей внешности. Не оттого, что она такая безупречная…

Синдеева: Но она безупречная…

Бондарчук: Нет-нет, Наташ, я к тому, что я понимаю, что она такая, какая она у меня есть. И в принципе, мы прекрасно знаем, что есть неописуемые красавицы, абсолютно несчастные в своих каких-то личных вопросах, есть женщины яркие, которые проживают яркую жизнь, то есть я как бы в какой-то момент, еще, наверное, в школе, поняла, что вопрос не всегда про «90-60-90», а это что-то больше. Ну, потом ты уже с какой-то мудростью это четко знаешь, и с этим живешь. А вот то, что касается профессиональных вещей, здесь это же не моя игрушка, это большой журнал, это большая корпорация, это большое количество людей. С другой стороны, это большие «звезды». И действительно, была большая ответственность, и вот это чувство неуверенности, наверное, меня даже иногда подводило, потому что во мне нет вот этой наглости, что я самая крутая, я сейчас все сделаю. А иногда, знаешь, есть такая, «скромность — путь к забвению», вот как бы я потом переломила это, и стала делать, мне кажется, неплохой журнал.

Синдеева: Вот потом, после этого, ты стала входить в разные проекты, в бизнесовые проекты. Скажи, зачем? Вот можешь мне объяснить, какая главная цель? Это зарабатывание денег? Это интересно? Это приятная компания? Потому что в общем-то рассеивать себя на несколько разных направлений достаточно сложно. У меня нет параллельных кафе, бьюти-студий и так далее, потому что мне кажется, что в это тоже надо вкладывать силы.

Бондарчук: Абсолютно ты права, но так, без сантиментов, все что я, не считая благотворительных проектов, все то, что я начинаю, запускаю, это безусловно для меня бизнес-проекты. Это не карманные салоны для подружек, это не студия для занятий также друзей-подружек, это я рассматриваю как бизнес-проект, это первое. Что очень важно, что я все равно вхожу в бизнес-проект только тот, который мне близок сердцу и мне понятен.

Синдеева: У тебя все проекты с друзьями. Есть категория предпринимателей, которые говорят: с друзьями и надо делать все вместе, вы же единомышленники, а есть другие, которые говорят: нет, я не хочу потерять своих друзей. Как у тебя с этим?

Бондарчук: Там как бы правда, она такая…

Синдеева: Как у тебя?

Бондарчук: У меня лично опыт, к счастью, положительный, потому что в салонном бизнесе, в Buro Beauty, у меня два моих партнера, действительно, две моих близких подруги. Одна из них Полина Юмашева, другая Наталья Дубовицкая, это не просто партнеры, они изначально мои подруги, а потом стали партнерами. Полина по «Hello!» сначала и по Forward Media, а потом возник Buro Beauty. Есть свои, наверное, сложности, но здесь опять про…

Синдеева: Как вы разрешаете, бывают конфликты споры?

Бондарчук: К счастью, Наташ, конфликтов, как конфликтов, к счастью, нас бог миловал, но если говорить уж про какие-то острые углы, которые нам надо обойти порой, это и в дружбе бывает. Понятно, что бизнес накладывает свои сложные моменты, но так как цель одна — развивать бизнес и сделать сетевую историю, мы сейчас говорим Buro Beauty, хотя с Fanny Studio такая же идея. И девочки, мои подруги и я, мы оказались, мы увидели, что это бизнес, это никакая не игрушка. Это настоящий бизнес.

Синдеева: Это хороший бизнес.

Бондарчук: Хороший бизнес. Для того, чтобы он был хорошим, это действительно большой путь. Мне кажется, что уникальность нашей команды в том, что мы, с одной стороны, разные, но идем к одной цели, и каждая из нас вносит какие-то свои полезные вещи. Допустим, Полина, у нее одни ресурсы, так как у нее большая компания, неважно, она очень много помогает, юридические моменты, всякие такие нюансы.

Синдеева: То есть Backoffice такой.

Бондарчук: Да. Наталья, во-первых, она очень любит заниматься красотой, что всегда важно, потому что у тебя хорошо получается то, что ты любишь, и она фантастически…

Синдеева: То есть за процесс отвечает.

Бондарчук: За процесс, в какой-то степени, наверное, я отвечаю, но она человек, который феноменально умеет строить, то есть, так как у нас не один салон, а их уже, можно сказать, сеть, три, у нас есть перспектива развития, то есть ее умение строить, вкус к дизайну, вот это ее направление. У меня, как бы изначально, эта идея была моя, не буду опять скромничать, то есть я хотела открыть, честно говоря, даже не то что салон, какой-то маленький салончик, но хотела только с определенной косметической маркой, и больше ни с какой другой. А эта марка такая, она очень серьезная, и она ни с кем даже не вела переговоры. И я просто нагло написала этим хозяевам, они в Париже, их головной офис, что я приеду, и я хочу с ними посотрудничать. А они на Россию, на Москву закрыли возможность открывать новые салоны, но, видно, прогуглив меня…

Синдеева: А ты написала как главный редактор журнала «Hello!».

Бондарчук: Нет. Ты знаешь, я очень редко пользуюсь этим.

Синдеева: Света, сколько ты зарабатываешь в месяц, скажи? Ты можешь, конечно, не отвечать на этот вопрос, но…

Бондарчук: Ну да, я понимаю… Я, наверное, тебе даже не смогу сейчас ответить, потому что я очень многие вещи новые запускаю, и очень много инвестирую в новые проекты, это требует вложений.

Синдеева: Хорошо, тебе достаточно денег для того, чтобы…

Бондарчук: Мне всегда хочется заработать чуть больше.

Синдеева: Вот на что? На что тебе хочется чуть больше?

Бондарчук: На путешествия. Ты не поверишь, я обожаю путешествовать.

Синдеева: Почему, я поверю.

Бондарчук: Я обожаю радовать своих друзей. Я не люблю ни от кого зависеть, я люблю сама принимать решения. Это не покупка, там, пойти купить бриллиант, это, наверное, все-таки должен делать твой любимый мужчина, хотя я бриллианты тоже покупала, такое со мной тоже случалось. Я увидела это кольцо и думала: какое оно красивое, оно должно быть моим. Ну, по-разному было, но, конечно, мотивация…

Синдеева: А когда ты почувствовала самостоятельность, вот эту, финансовую? Вот смотри, ты же все равно долго жила за Федей, да.

Бондарчук: А ты знаешь, что даже живя с Федей, я уже была самостоятельна достаточно.

Синдеева: А почему?

Бондарчук: Ну, у нас с Женей Поповой, еще ты забыла, еще у меня одна компания, PR-International, которая все-таки не занимается только благотворительностью…

Синдеева: Как ты все успеваешь, Света?

Бондарчук: Вот я плохо успеваю. Вот честно, у меня сейчас ощущение, что я уже многое не успеваю, правда, я понимаю, о чем ты говоришь. Знаешь, что самое сложное? То, что каждое из этих направлений бизнеса очень разное, и не везде одинаковые партнеры, и у меня просто иногда эмоционально и физически не хватает силы на что-то закончить. Это сложно. Я, кстати, в этом смысле восхищаюсь Полиной Юмашевой, у которой тоже разные направления, у нее там и…

Синдеева: Она вообще очень структурная, Полина. Я все жду ее к себе на интервью, потому что она мне даже обидно, она суперблестящий медиа-менеджер, про которого ничего не известно. То есть она все время так, в тени, а на самом деле она большая умница.

Бондарчук: Я знаю.

Синдеева: Большая умница, наблюдая за тем, как она строит эту медиа-компанию, зная, как сложно работать на медиа-рынке.

Бондарчук: Сейчас очень сложно.

Синдеева: То есть хочется на путешествия, хочется денег все время больше.

Бондарчук: Ну, мне хочется, знаешь, у меня есть запрос, почему, наверное, Action у меня есть…

Синдеева: Про Action я почему не сказала, я хочу про него прямо отдельный блок.

Бондарчук: Нет-нет, у меня просто есть запрос, честно говоря, помогать моим друзьям… Я всегда…

Синдеева: Часто это делаешь?

Бондарчук: Ну, это будет… Буду хвастаться, но я это делаю, по мере необходимости, и если у меня есть возможность. Я в этом смысле совершенно неравнодушный человек. Но потом, никто не отменял же в конечном итоге красивые наряды, это же тоже прекрасно, вкусное вино…

Синдеева: Скажи мне, пожалуйста, я, конечно, коснусь личного, потому что все равно Федя проходит через всю жизнь твою, и сейчас тоже. Когда вы расставались, конечно, это был шок у всех и для всех.

Бондарчук: Даже у нас.

Синдеева: И у вас он был шок. Понятно было, и ты об этом говорила, и Федя говорил о том, что очень важно сохранить отношения, ради друг друга, и ради тех прошлых лет, которые вы были вместе, и ради детей, и ради внуков, которых у вас уже двое.

Бондарчук: Две штуки.

Синдеева: Ты рассказывала, в семье было два папы, отчим и …

Бондарчук: Они и есть. Два папы, даже нет понятия отчима.

Синдеева: Они и есть, два папы. И как мама общается и с тем, и с другим.

Бондарчук: Да.

Синдеева: У меня точно такая же семья, я выросла как бы не в одной семье, а в двух семьях, у меня папа-мама разводились, сходились, все их жены, мужья становились частью большой семьи, все вместе, дружно. Вот как у вас?

Бондарчук: Наверное, первый вопрос, насколько это было важно для нас, сохранить наши такие дружеские, теплые… Наверное, даже не наверное, эта форма любви, она остается. Наташа, это было абсолютно, я не знаю, как думал и чувствовал Федор, я просто понимала, что мы прожили такой большой путь, у нас…

Синдеева: Просто невероятный. Всю жизнь вы прожили вместе.

Бондарчук: И я дальше понимала четко, кстати, это говорила, по-моему, и Федору, озвучивала, не помню, вслух или в письме каком-то, но я сказала: Федор, что бы с нами дальше не происходило, ты полюбишь кого-то, я полюблю, неважно, но эти 25 лет, по сути, с 16 лет мы с ним вместе, если мы просто проклянем друг друга, мы проклянем нашу жизнь, ту жизнь, которая самая яркая, самая юная, самая фантастическая. Поэтому я буду делать все, чтобы сохранить эти эмоции из той жизни. Ты не можешь их буквально проживать, конечно, каждое мгновение, но для меня было очень важно сохранить вот эти воспоминания, хотя я не живу в воспоминаниях. Это тоже отдельная история для меня, я не живу в прошлом. Я не живу, кстати, и в будущем, я живу сегодня, для меня это потрясающий такой сегодня опыт, очень приятный и полезный. Да, я думаю, что у нас с Федором это максимально получилось, насколько это возможно, учитывая всякие другие нюансы, которые я не хочу сейчас обсуждать. Мы для себя, если взять Федора и Светлану, мы нашли эту зону такого нашего комфорта, и наши отношения, учитывая наличие детей, ответственности, моя мама, которая до сих пор очень тепло, у них теплые хорошие отношения с Федором.

Синдеева: Ну, конечно, а как же, это же…

Бондарчук: Которая никогда не вмешивалась. Кстати, в тот момент, когда было принято все-таки такое решение, это было очень важно, что не было посвящено никаким вторым людям, поэтому когда незаслуженно кого-то критиковали, что он кого-то бросил, Федор никогда никого не бросал. Это осознанное зрелое решение, когда вдруг люди, продолжая по-своему любить друг друга, понимают, что они уже как бы не могут дать друг другу то важное, что, возможно, может дать третий человек, другой человек. Поэтому это очень важно. Я, кстати, впервые это говорю, что вот эти истории, что кто-то кого-то…

Синдеева: Что причины, кто-то стал причиной, нет.

Бондарчук: Причины нет. Причиной был личный наш кризис, серьезный. Возможно, мы могли бы его пережить.

Синдеева: У вас же это не первый кризис? У вас же был еще кризис, да?

Бондарчук: Ну, были еще, были.

Синдеева: Как вы переживали эти кризисы?

Бондарчук: Это такая необыкновенная легкость бытия. Это за счет более юного возраста и за счет того, что еще не было стольких проблем. Потом ты понимаешь, что тут какая-то точка невозврата, мы прошли. Может быть, это нам показалось, но сегодня уже случилось то, что случилось.

Синдеева: Ты не жалеешь, никогда?

Бондарчук: Нет. Я, кстати…

Синдеева: Это же такой очень честный вопрос, потому что…

Бондарчук: А я тебе честно и отвечаю. Я очень рада за него, потому что я же вижу Федора, он в своей зоне комфорта. Честно говоря, Наташа, я не буду говорить про личную жизнь, я абсолютно вот сегодня нахожусь… Я думаю, господи, что же я раньше так не жила!

Синдеева: Я бы хотела спросить, а ты не думала о том, что «а что же мы раньше не разошлись?».

Бондарчук: А вот так я тоже не думала.

Синдеева: Вот так тоже не думала, да?

Бондарчук: Не думала, да. Потому что все произошло здесь и сейчас, абсолютно. Тогда бы я не встретила тех людей, с кем потом меня жизнь встречала, сталкивала и которые для меня…

Синдеева: А замуж хочешь еще?

Бондарчук: Ты знаешь, мне делают предложения, если честно. Периодически.

Синдеева: Да? Ну, это какая-то ерунда, периодически делать предложения это какие-то несерьезные предложения.

Бондарчук: Нет-нет, вполне серьезные.

Синдеева: И что? Не хочешь замуж?

Бондарчук: Я не сказала этого. Я пока не поняла. Я просто правда не понимаю, для меня это так странно…

Синдеева: То есть вот, просто конечно, у женщин, не все в этом признаются, есть этот внутренний такой пунктик, что надо быть замужем.

Бондарчук: Нет, у меня вообще такого пунктика нету. У меня такого пунктика точно нет, я была столько лет замужем. Но на самом деле, очень много было разговоров, когда мы развелись, мы, правда, с Федором официально, не потому что мы хотели что-то сохранить, но потому, что нам было очень некомфортно проходить эти…

Синдеева: Конечно, это процесс очень неприятный.

Бондарчук: Да, это стресс. И для Федора, и для меня. То есть, как бы это не настолько важно, но понятно, что я не поставила в этом смысле крест на этой ситуации. Может быть, я понимаю, и Федор может жениться, может, уже женился, я не знаю. И я могу выйти замуж или не могу выйти замуж, это уже не столь важно. Это уже дальше, это то, что будет завтра.

Синдеева: Ну, так ты не сказала, но я поняла из твоего рассказа, что пока вот такие совместные застолья какие-то…

Бондарчук: Нет. Но их и не будет, я думаю. Не потому, что я этого не хочу, это другие люди. То есть я открыта, я сразу Федору сказала, я абсолютно открыта. Но, помимо меня, есть же много героев этой жизни. Но то, что у нас с Федором сохранились отношения, что мы можем… Я делаю иногда ужины дома, на Патриарших, когда Варя и Сережа могут прийти, с девочками, Маргошей и Верой, и Федор зайдет. То есть я не делаю это так нарочито, для того, чтобы показать, что все равно семья. Семья это же больше, чем…

Синдеева: Как переживал Серега это?

Бондарчук: Я думаю, что он больше всех переживал, если честно.

Синдеева: Ну, даже если мы вокруг переживали, понимаешь, зная вас 25 лет.

Бондарчук: Я думаю, что больше всех переживал Сережа, и, к сожалению, когда ты публичный человек, когда ты под прицелом большого количества взглядов, то… Знаешь, Наташ, при том, что я уже давно все это приняла, и это было решение совершенно осознанное, вот так выдохнула, именно отпустив вот это все, как думают, эти разговоры, по сути, мы три года уже не вместе, а, наверное, год назад только я. Это был путь, это не так просто, я переживала за Сережу, я переживала и за маму, я переживала из-за многих таких вещей, из-за себя тоже, мне было как-то…

Синдеева: Сережа пытался помочь вам?

Бондарчук: Сережа пытался помочь нам, как он видел это. Ну, Наташ, это такие тонкие моменты. Ребенок, который уже взрослый…

Синдеева: Ну, не взрослый.

Бондарчук: Кстати говоря, а он, знаешь, что делал? Знаешь, когда маленькие дети, наверное, людям проще разводиться, все, что я могу сказать.

Синдеева: Думаешь?

Бондарчук: 100%. Миллион процентов. Там всего лишь тебе надо, родителям договориться быть родителями, не быть супругами больше, а остаться родителями, и дальше просто ты воспитываешь детей и…

Синдеева: Мне кажется, это хорошо там, где нас нет. Это просто у тебя такого не было опыта.

Бондарчук: Нет-нет. Я тебя уверяю. Но когда в переходном возрасте, или чуть старше ребенок, он уже по-другому на это реагирует, рефлексирует. И многие вещи он уже смотрит с позиции, как смотрят друзья. Я предлагаю на этом тему закрыть, просто не хочется развод делать основной. Вот я хорошо помню, что Сережа очень гордился, что в школе, где он учился, в классе чуть ли две семьи были не разведены. Это же еще тренд.

Синдеева: Для него это было очень важно.

Бондарчук: Для него это было важно, что вот его семья и еще там кто-то, а все остальные имели уже вторые-третьи браки, и он очень этим гордился. Хорошо, что он школу закончил, с другой стороны. В школе он был одним из немногих, чья семья была сохранена. А сейчас институт брака в этом смысле уже другой…

Синдеева: Да, он в принципе меняется, мне кажется.

Бондарчук: Меняется. Поэтому, к разговору, хочу ли, это ничего не значит. Кстати, венчание — это более серьезная вещь.

Синдеева: А вы не венчались с Федей?

Бондарчук: Нет.

Синдеева: Закрываю тему.

Бондарчук: Спасибо большое.

Синдеева: Нет, Свет, это не от любопытства. Это все время от сопереживаний, ты же все время смотришь на чью-то ситуацию, ты так или иначе экстраполируешь на свою жизнь.

Бондарчук: Конечно.

Синдеева: Ты думаешь, ты задаешь себе эти вопросы. Я как раз почему, вот у меня сейчас даже мурашки. И я всегда таким парам завидовала по-хорошему, думала, ничего себе, вот они встретились, и столько лет они вместе, и 50 могут. Поэтому, собственно.

Бондарчук: Не смогли.

Синдеева: Не смогли. Скажи мне, пожалуйста, вот проект Action, которым ты очень гордишься, и который очень крутой, в двух словах, что это такое. Много лет назад Света…

Бондарчук: И Женя Попова.

Синдеева: И Женя Попова, придумали благотворительный, не знаю, бал, аукцион, проект, в котором не просто собираются деньги для фондов или для конкретного фонда, а известные люди, известные режиссеры снимают маленькие короткометражки, которые снимают специально для этого проекта. И потом на вечере эти фильмы продаются. Это всегда маленькие шедевры. Я могу сказать, у нас был небольшой опыт партнерства с вами, когда мы часть этих короткометражек показывали, но это каждый раз, правда, маленькие бриллианты. И тебе удалось сделать, вам удалось сделать, с одной стороны, очень крутой благотворительный проект, потому что вы всегда много собираете денег, и я желаю просто, чтобы…

Бондарчук: У нас в этом году, мы нервничаем…

Синдеева: Чтобы всегда получалось. Когда я готовилась, я подумала, надо уже сделать просто маленький фестиваль короткого метра, собственно Action. Не было, кстати, такой идеи?

Бондарчук: Все расскажу.

Синдеева: Теперь рассказывай. Я так чуть-чуть зрителей посвятила. Может быть, давай покажем какой-нибудь потом фильм?

Бондарчук: Давай покажем.

Синдеева: Выбери сама. Вот какой ты захочешь, мы покажем внутри.

Бондарчук: Давай. Наташа, ты рассказала практически все, но, наверное, я могу какие-то большие…

Синдеева: Нет, я не рассказала, как тяжело это делается, как это сложно, как это придумывалось.

Бондарчук: Придумывалось это следующим образом. Первый аукцион, который мы сделали с Женей, он не был связан с фильмами короткометражными.

Бондарчук: Дизайнеры, самые известные, Юдашкин, Зайцев, Гомиашвили Катя тогда была, не помню, в тот момент какие-то главные дизайнеры российские, Чапурин Игорь, шили платья, уникальные, кстати, для этих кукол. И они нам их отдали, то есть мы им разослали этих кукол Барби, они шили наряды, потом, кстати, в Новинском… Мы где сейчас? В общем, неважно, в одном из таких фойе была выставка, которая была достаточно долго, недели две. А потом эти куклы стали лотами, это начало нашего аукциона. И мы собирали, я помню, у нас тогда было то ли одна девочка, то ли два ребенка, но одна девочка точно была, Алина. По-моему, два ребенка было. И нам надо было собрать, Наташ, не помню, может быть, сто тысяч, допустим, долларов.

Синдеева: Сто тысяч долларов.

Бондарчук: Сто тысяч долларов, да. Это огромные деньги, и у нас не было с Женей никакого опыта подобного, как бы мы очень нервничали. Я даже помню, не буду называть, кому я звонила и очень просила прийти, поддержать. Мне сказали: «Света, не придем. Много уже делаем сами. Но давай так: не дособерёте ― мы оплатим». Ну такое, поддержка, но для меня было очень важно всё-таки собрать эти деньги.

И когда начались торги, то первое… А, показывают девочку. Мы сняли фильмы про детей, для лечения которых мы собираем деньги.

Синдеева: Да, я помню, я была на этом.

Бондарчук: Была Алина, девочка, и совершенно случайно в процессе аукциона выясняется, что Федор Сергеевич Бондарчук эту девочку уже курирует. Но мы случайно ее выбрали, это не было, что мы ее выбирали. То есть он ее увидел и узнал. То есть Федор тоже занимается такой…

Синдеева: Ага, тихой помощью.

Бондарчук: Тихой благотворительностью. Просто выяснилось, что эта девочка уже была им привезена в Москву, она была не москвичка, не помню, из какого города. Ему написали её одноклассники с просьбой, это какой-то был седьмой класс, что их подруга, одноклассница заболела какой-то онкологией и что «Федор, спасите нашу подругу». И он позвонил Чулпан Хаматовой, Чулпан Хаматова привезла эту девочку, и первый какой-то курс чего-то там, может, химиотерапии они сделали.

Но дальше нужны были дальнейшие какие-то деньги для того, чтобы это продолжить. И мы случайно выбираем этого ребенка, не специально, и Федор ее узнаёт, потому что, оказывается, он с ней встречался. У него уже была игра, и он покупал куклу… А, она сказала, то есть мы сделали о них маленькое кино, и она сказала: «Если я выздоровею, то я буду актрисой». Потому что ей уже Федор помог как бы. И, в общем, Федор, по-моему, с Олей Слуцкер покупает один лот, какую-то Барби, которую они ей еще и дарят потом.

И когда прошло года три, мы потом делали с Женей, наверно, это больше даже было, времени прошло. Но прошло какое-то время, и мы решили вот как раз сделать лоты как маленькие фильмы.

Синдеева: Кино.

Бондарчук: Потому что мы понимали, что богатый человек, на кого мы рассчитываем, он… Что мы можем продать, предложить? Картину? Он пойдет, купит картину. Бриллиант? Он купит бриллиант. Не знаю, какой-нибудь ужин со звездой? Но для меня это всегда такой очень деликатный момент. Что очень богатый человек не может купить? Кино. Вот реально, кино. Вот у него могут быть миллионы, а кино он не купит.

И вот на этом мы и решили сыграть. Это был абсолютный такой эксперимент. И я предложила, к счастью, в этом смысле слово «блат» у меня есть в кинематографе.

Синдеева: Да-да.

Бондарчук: Всех я знаю людей, режиссеров основных. И я попросила на первый Action! снять короткометражные фильмы главных режиссеров страны на тот момент, кто был свободен, не в запуске там, не в работе активной.

И Федор снял фильм, кстати, первый, где снималась Ксения Раппопорт, где снималась Аня Михалкова и где снялась эта девочка.

Синдеева: Вот эта девочка.

Бондарчук: Алина, которая всё-таки выздоровела и стала актрисой.

Синдеева: Кайф!

Бондарчук: И это просто такая была потрясающая история, настолько жизнеутверждающая, когда ты воочию видишь, что этот ребенок сказал: «Если я выздоровею, я буду актрисой»…

Синдеева: И ты даже поучаствовал в этом её выздоровлении.

Бондарчук: Да, и дальше этот ребенок уже выздоровел, и ты видишь конечный результат. Это, конечно, очень вдохновило творческих людей, режиссеров, операторов, актеров, потому что, как мы знаем, Наташ, у нас они не самые богатые люди. Ну, есть какая-то элита, которая зарабатывает много, но в целом, грубо говоря, оплатить операцию ребенка им сложно.



Синдеева: Да. И они с удовольствием участвуют.

Бондарчук: И они все включились. И отсюда возник вот этот Action!, которому вот в этом году уже будет восьмой год, то есть уже семь лет мы его делали, вот восьмой год. Это всегда перед Рождеством происходит. Вот такое волшебство.

Синдеева: Так как фондов очень много и фонды все нуждаются в поддержке, то девчонки сделали, это то, что мне очень, прямо очень-очень нравится в этом проекте, что вы, собирая весь вот этот вот пул денег, у вас есть несколько ― их достаточно много ― фондов, которые участвуют в разделе вот этого всего.

Бондарчук: Да. Но у нас, смотри, вот в этом году мы немножко, два-три года, сейчас работа над ошибками. Мы всё равно их совершаем. Мы в какой-то момент действительно набрали очень много фондов, потому что мы не занимаемся фондами. Тут такой тоже момент, когда мне говорят: «Светлана, какой у вас фонд?». Я учредитель нескольких фондов, там нахожусь в попечительском совете.

Синдеева: Да, да.

Бондарчук: Но я не занимаюсь так глубоко, потому что это займет еще…

Синдеева: Да.

Бондарчук: То есть заниматься формально нельзя. Углубляешься ― всё, ты там живешь.

И мы набрали много фондов, и это для нас оказалось очень сложной задачей, потому что так много людей, детей нуждается в помощи, что мы вот в этом году решили вернуться. Мы сократили немного фондов, то есть если у нас их было до 20, то в этом году их будет не больше 8.

Синдеева: Просто получается, что фонды получают всё меньше.

Бондарчук: И мы берем адресную помощь, мы возвращаемся к адресной, потому что в какой-то момент мы так… У нас проверенные фонды, мы потом обязательно отслеживаем, как используется.

Синдеева: Ну да, и они отчитываются.

Бондарчук: Да, отчитываются. Для нас это важно. Но в этом году мы решили вернуться всё-таки, мы же перед Рождеством, а это что? Волшебство, сказка, чудо.

Синдеева: То есть вернуться к конкретным ситуациям.

Бондарчук: К конкретным. Вот ребенок есть конкретный, мы конкретному ребенку. К сожалению, мы всем не поможем, но конкретным семьям, ребенку. У нас также есть Школа кино инвалидов, я не помню название, где работают люди с ограниченными возможностями физическими, и они там монтажеры, там они звуковики.

Синдеева: То есть они еще таким образом.

Бондарчук: Да, мы им помогаем. Мы помогаем вот фонду «Женское здоровье», который, кстати, вот Полины Юмашевой фонд.

Синдеева: Фонд.

Бондарчук: Который при нашем издательском доме.

Синдеева: Полин, точно уже надо тебе прийти в программу.

Бондарчук: Да, хотя бы рассказать.

Синдеева: Уже всё время.

Бондарчук: Да.

Синдеева: Всё время мы тебя вспоминаем.

Бондарчук: Что-то мы тебя вспоминаем. А ей, кстати, сейчас некогда встречаться.

Синдеева: Да? Ну вот.

Бондарчук: В следующий раз я скажу, да, что ты зря не идешь к Наташе. Вот. Но в основном всё-таки это дети. Вот мы так решили, что наш профиль ― дети. В этом году… Как раз у нас вчера же с Евгенией было совещание, мы уже пул режиссеров, которые будут в этом году, опять обсуждали какие-то вещи. У нас в этом году такой будет впервые опыт с Софьей Капковой, она же открыла онлайн-кинотеатр.




06:01

2017-09-02 08:10

Софья Капкова: «Написала пост на „Снобе“, на следующий день позвонили из приемной Мединского»

Синдеева

Синдеева: Онлайн, да.

Бондарчук: Да. И мы с этого года попробуем попартнерствовать, посотрудничать, потому что очень жалко. Я просто. Две секунды.

Синдеева: Я всё время вас зову и говорю: «Дайте кино, будем показывать подписчикам и так далее».

Бондарчук: Нет, а там… А, это я не знала. Ну, потом обсудим.

Синдеева: Хорошо.

Бондарчук: Нет, это ты, наверно, с Евгенией общалась.

Синдеева: Женя, да.

Бондарчук: Понимаешь, со мной тоже иногда полезно говорить.

Синдеева: Хорошо.

Бондарчук: Вот это к разговору о том, что я очень несерьезно выгляжу, я понимаю. Когда люди начинают со мной общаться…

Синдеева: Нет, я как раз тебя не хотела дергать.

Бондарчук: Беспокоить.

Синдеева: А Женька вроде как… Понятно.

Бондарчук: В общем, Капкова мне потом в итоге позвонила и сказала: «Света, прости, буду тебя беспокоить». А дальше мы очень быстро всё решили. Нет, там очень важно, чтобы всё-таки зритель, который не совсем понимает, что происходит, то есть действительно лотами являются фильмы, люди покупают фильм, они становятся правообладателями этого фильма.

Синдеева: Да.

Бондарчук: Дальше у этих фильмов в 99 случаях очень хорошая судьба. Так как короткий метр возродился, и, кстати говоря, Аня Меликян, которая потом сняла уже несколько новелл…

Синдеева: Да, да. Она начала, вдохновилась, да.

Бондарчук: Она вдохновилась Action!

Синдеева: Да.

Бондарчук: Она сказала: «Света, ты мне открыла новый жанр ― короткий метр». И она уже вот третий год.

Синдеева: Да.

Бондарчук: Снимает. И в этом году она снимает опять для Action! То есть как бы пул режиссеров, иногда есть какая-то ротация, что-то меняется, но в целом каждый год Бо

Оставьте свой голос:

543
+

Комментарии 

Войдите, чтобы прокомментировать

Svetlana_
Svetlana_

Какая же она косноязычная. Не смогла осилить больше 1/6 интервью. Надеюсь кто-то в комментариях весь жир принесет

ellenica
ellenica

Svetlana_, 8 Если совсем коротко: Света - "всесама", и на путешествия, и на наряды, и на хорошее вино, причем еще задолго до расставания с Федором был заложен фундамент ее успеха и финансовой независимости; Паулина в разводе не виновата, все дело лишь в том, что они с Федором упустили момент, когда еще можно было спасти ситуацию (и тут же намек на еще тлеющие чувства). Света великодушна и хочет дружить семьями, устраивает с этой целью званые ужины, но Паулина почему-то их малодушно игнорирует. Самое главное: они в разводе (женился ли уже Федор, Света не знает). Рамзан герой. У Светы есть гражданская позиция, но на митинги она больше не пойдет.. У Светы глаза грустные, но живет она весело. Это все, что мне удалось вынести из этого потока сознания, извините.

whatsnew
whatsnew

ellenica, помню по тв был сын Валерии, который заливал с экрана в передаче Малахова что ли, не помню, просто тв щёлкала, так вот он заливал, что он САМ в 16 лет бизнес открыл... все звездули его хвалят, какой мальчик молодец, дальше уже было просто невозможно слушать про эти "я сам"... сам, без денег, связей, в 16, взял открыл.. сам

Choco_latte
Choco_latte

whatsnew, я слушала лекции одного чувака, который имеет кое-какой вес с СММ сфере. Так вот слушала его, слушала, как он сам и т.д. А буквально на днях я вижу, что он был в "Давай поженимся" в 2015 году. Думаю дай посмотрю на гуру и всего самого. Оказывается, тогда он еще легенду не запустил о "всё сам", и говорит - да, моя мама помогла мне бизнес открыть. Я думаю вот тебе всё сам. а сейчас он говорит, что вышка то в общем не нужна, он вон без вышки и всё сам. И Билл Гейтс без вышки, и он без вышки. короче он сам стал почти Билл Гейтсом.

smoke_on_the_water
smoke_on_the_water

Choco_latte, Билл Гейтс это больше вышки, там им на вышке у него учиться надо. Есть такие люди сами себе университет)

YolandaUmka
YolandaUmka

smoke_on_the_water, ё-маё! Выходит, что Света - это наш Билл Гейтс! Она тоже не доучилась в своем библиотЭчном. Федя купил ей диплом. Сам в Химки за ним едил. В 2003 году.

Вон оно чо! Света - самородок!

smoke_on_the_water
smoke_on_the_water

YolandaUmka, света круче..если пролистать журналы подшивки крестьяка за ..1989 год если не ошибаюсь, надо у двоюродного уточнить его год рождения, много у меня их очень, то там есть статья что света математик и фото она стоит у колонны, или 1988 год (детская память у меня атас, я даже могу для полиции подробно описать как стояла света и в какой одёжке)потом была библиотекарь и ещё местами медсестра)
Кароче, Склифосовский, библиотечный диплом в нее запротоколирован офицьяльно!

YolandaUmka
YolandaUmka

smoke_on_the_water, Света-математик ))) это Федя для своих родителей ей такую легенду придумал, чтобы Скобцева с Бондарчуком ее сразу ссаным тапком не погнали. И вилки с ложками после нее не пересчитывали.

smoke_on_the_water
smoke_on_the_water

YolandaUmka, Федя имиджмейкер))) в том же журнале начали делать первый рейтинг групп , оттуда я вычитала, что ДДТ уже почти звёзды))) я была школяр малой, помню мою детскую советскую наивность и -если написано, значит это правда)))) я подумала значит хорошая девушка, раз в журналах пишут)))

smoke_on_the_water
smoke_on_the_water

YolandaUmka, извините за путаницу в годах, я же все таки не света математик, в деревне запоминают в тот год когда наша свинья опоросилась двадцатью поросёнками) или тетка таки родила Колю)

gusi-lebedi
gusi-lebedi

whatsnew, я тоже смотрела интервью мол в Монтрё живет 2 года а уже скоро свисс паспорт :)))

SingleLady
SingleLady

ellenica, Я бы на месте Паулины тоже не ходила на званые ужине к экс-супруге своего мужика. Тем более, к женщине-флегме Свете Бондарчук.
На таком ужине есть риск скончаться от неимоверной томности хозяйки

Tasha_Mia
Tasha_Mia

Комментарий скрыт модератором

Sweetpotato
Sweetpotato

Tasha_Mia, я удивилась, что она вообще дочь упомянула, внучки у неё штучки, а так конечно да, все сама сама сама и все про себя . Про Тату ни слова , хотя Тата беременная на 7 месяце летала к Варваре в Америку в то время, когда мама Света с подругами загорала на островах .

Schoene
Schoene

Tasha_Mia, и даже не приходит, а может приходить (с) мама не против.

onlyme
onlyme

ellenica, я смотрела это интервью и живой разговор, конечно интереснее.
У меня сложилось неплохое впечатление о Светлане. Она конечно, не академик, но по житейски умна и расчетлива, и своё замужество смогла использовать с выгодой для себя. Все её знакомства и безнесы - это всё благодаря фамилии и умению этот бонус использовать. Она всё время повторяла Фёдр, Фёдр
Также было видно, что развод она тяжело пережила и отошла только год назад. Про новую семью мужа -ей вообще было неприятно говорить.
Про больную дочь - и правильно,что не говорила. Это лично её трагедия и и лично её право говорить публично об этом или нет.

И еще очень чётко сказала про скандал с Татлер и ололо: что чувсто юмора напрочь отсутвует у пары. И что, если у них действительно настоящее чувство и любовь, то тогда и истерить не стоит. Истерят обычно, когда правда глаза колет.

YolandaUmka
YolandaUmka

onlyme, за Друяна и Конде Наст Россия сейчас вписалась Полина и соответственно Большой Административный Ресурс. То есть Барсик. Света не свои мысли озвучивала, а работодателя. У неё с Полиной сейчас не лучшие отношения, вот она и прогибается где может.

zianid
zianid

YolandaUmka, просветите темноту ,полина и её барсик - это кто ? Дерипаска-юмашева?
Я таки ждала,что начнут бодаться с Лаврушкой. Интересно кто именно.

YolandaUmka
YolandaUmka

zianid, ага, она. И ее папа. Он сейчас у Путина советником работает. Повезло Друяну. Жить будет.

zianid
zianid

YolandaUmka, однако, даже более маштабный махач вышел,чем я ожидала :)))
Не главред ли ,подсобила Друяну с заступниками?

Загрузить еще

Войдите, чтобы прокомментировать

Сейчас на главной

Совершенно секретные: самые непубличные дети звезд
Наталья Водянова провела выходной в парижском Диснейленде вместе с детьми и бабушкой
Умер певец Евгений Осин
Алексис Оганян поздравил Серену Уильямс с первой годовщиной свадьбы: "Моя королева"
Ирина Шейк и Стелла Максвелл стали героинями cover story французского глянца: фото
Уличный стиль знаменитости: Ким Кардашьян в легинсах, топе и куртке цвета металлик
Wanted: обновленная коллекция макияжа Shiseido
Джесси Джей "разочарована и смущена" из-за сравнений с экс-супругой своего бойфренда Ченнинга Татума Дженной
Видео дня: кто был главным звездным сердцеедом в год твоего рождения
КиноМода: как молодая и задорная Софи Марсо стала эталоном молодежной моды 80-х
Модная битва: Анита Гиговская против Евгении Линович
Посыпала голову пеплом: Кайли Дженнер предложила оценить ее новый оттенок волос
Фанаты уличили Хейли Болдуин в слежке за Селеной Гомес
С холста импрессионистов: Наталья Водянова сфотографировалась в Париже в необычном образе
Ксения Собчак рассказала в интервью о второй беременности, сыне Платоне и отношениях с мужем
Вдохновляющая история Полумны из "Гарри Поттера": как Джоан Роулинг спасла актрису от анорексии
Полина Киценко, Инна Маликова, Галина Юдашкина и другие на модном показе
Светлана Ходченкова в элегантном вечернем платье посетила открытие ювелирного бутика в Баку