Контент опубликован пользователем сайта

Про звезд

Самый загадочный писатель Михаил Шолохов

38
Самый загадочный писатель Михаил Шолохов

Прошу не судить меня строго, здесь собраны затронувшие мою душу моменты о жизни великого писателя.

Сначала выслушаем передачу  «Персонально ваш» на "Эхо Москвы" , 

А в гостях у нас Виктор Ерофеев, здравствуйте.

Тут пропущу, бла-бла-бла-бла-бла, размышления гениального писателя о неказистой родине...

Да, немножко о Европе от Виктора..

- Сергей из Самары внимательно слушал то, что вы говорили про взаимоотношения европейской цивилизации с  приезжими, с  мигрантами и очень возмущается: «По-вашему, пусть эти исламисты творят, что хотят, а весь мир умоет руки? И пусть режут головы, отрывают руки, а наша хата с краю, так получается?»

В.Ерофеев― Ровно наоборот. Просто надо разобраться, почему случилось то, что случилось. И сегодня, и год назад, и эта история с Кельном. Для того, чтобы разобраться, для этого надо понять, какие отношения были между колониальной Европой, той Европой, которая принесла цивилизацию Африке, и  Африка это не отрицает. И теми африканцами, которые приехали, или, как теперь говорят, «понаехали» в Париж. Одни адаптировались, и девочки ходят с бантиками во французские школы, прекрасно говоря по-французски, а другие не адаптировались и жгут машины и уничтожают.

А.Позняков― Правда, тоже по-французски говорят прекрасно.

В.Ерофеев― По разному. Там есть люди, которые говорят неважно, несмотря на то, что всю жизнь живут в Париже. Дело в том, что если мы просто возьмем это так, как думает наш возмущенный слушатель думает, что мы просто возьмем, закроем всю Африку и скажем им: варитесь сами в себе, мы не хотим, чтобы вы  тут у нас взрывали. Конечно, это тема замечательная. Но она совершенно неосуществимая, потому что Европа с Африкой связана огромным количеством тех самых ниточек и  веревочек, она похожа на Гулливера которого, помните, привязали к земле, когда он  там оказался после кораблекрушения. Поэтому все это надо делать более тонко и дипломатично.

Понятно совершенно, что, никто, и я меньше всех хотел бы, чтобы продолжались эти беды, потому что это травмы. Европа пока еще не нашла решения этого вопроса и найдет ли, тоже непонятно в течение 21 века. Поэтому пожелаем ей, Европе, которой мы много чем обязаны, обязаны просто нашей логикой, нашим языком и прочим (куда же без этих обязательных реверансов...), — я  это не случайно говорю, потому что все наши романы вышли из Европы — я имею в  виду художественные, и так далее.

Пожелаем ей, чтобы она все-таки нашла способ решать свои вопросы. Но при этом думаю, что слушатели – мне очень нравится, что нас внимательно слушают, но надо помимо того, чтобы слушать, чтобы еще он и слышал.

И вот она, ягодка!

А.Позняков― К слову о романах.

Е.Канакова― Да. Новостные ленты сообщают, что стало известно, кто был конкурентом Шолохова в  борьбе за  «Нобелевскую премию « в  1965 году, это была Анна Ахматова. И единогласно, из-за мнения главы комитета, получил премию Шолохов. Как вы прокомментируете? Справедливо, или может быть, стоило разделить премию между Шолоховым и Ахматовой?

В.Ерофеев― Это, конечно, совершенно поразительная ситуация, когда в центре советской литературы есть такая огромная яма, которая называется Шолохов. Дело в том, что Шолохов не написал роман «Тихий Дон» (да-да, кому как не Ерофееву это знать!) И вообще, каждый писатель, который спокойно и внимательно прочитает, как наш самарский слушатель слушал меня внимательно, если внимательно прочитать первые два тома «Тихого Дона», понятно, что Шолохов их не писал. Понятно, что там есть некоторые вставленные куски. В основном, политического содержания, такого коммунистического содержания, которые явно написаны дрожащей рукой молодого человека, и  довольно скверно (сказал В.Ерофеев) . Третий том, скорее всего, написан половина этой скверной рукой, а половина оригинальным автором. Ну а в  четвертом, наоборот, — зеркально по отношению к первому, — там есть только кусочки первого автора. Совершенно потрясающего автора, абсолютно великого.

Сейчас с разных сторон занимаются тем, что все ближе и ближе подходят к загадке этой, но до сих пор не назвали имя. Там недалеко имя Серафимовича, хотя я не думаю, что Серафимович написал, — не самый лучший писатель. Но, тем не менее, когда в  1929 году вышел роман, когда в  1928 г. в «Правде» было напечатано письмо ведущих советских писателей о том, что если кто будет продолжать сплетни о том, что не Шолохов написал роман, то надо этих людей преследовать уголовным преследованием, и там был Фадеев. Серафимович и прочие, — то представьте себе, объявить об этом в  1929, уже довольно жестком году, — понятное дело, что не каждого писателя так защищали. Видимо, там все было сработано через ЧК, Шолохову выдали этот роман, наверняка Серафимович принимал в этом участие, в редактировании, но понимаете то, что шведы не разобрались в этом, а наоборот, их экспертиза показала, что это написал Шолохов, — это, конечно, тоже беда Европы.

Что касается других претендентов, то конечно, там все замечательные претенденты. Набоков вряд ли бы получил, потому что эта премия связана с  гуманистическим направлением в творчестве, а Набоков не самый большой гуманист, он достаточно сдержанно относился к человечеству.

Но вот Ахматова – конечно. И она мечтала об этой премии (ах! ах! я тоже мечтаю, дайте мне). Ну, вот я не знал, что она была так близко, я только сегодня узнал. И надо сказать, что если бы она получила премию, то эту премию получил бы  весь Серебряный век вместе с ней — и Мандельштам, и Цветаева, и все. Потому что Пастернак все-таки получил за «Доктора Живаго», и это другое дело. А вот  Ахматова действительно получила бы за то, чем мы как раз можем гордиться в  России, это наш Серебряный век, это наша великая культура.

А вот Шолохов это такая аниткультура. Сейчас уже говорят о том, что он  и  «Поднятую целину» не написал, говорят, что «Судьбу человека» вроде бы пытался ему помочь написать Андрей Платонов (точно! кто-то говорит!). В общем, это, что называется сплетни. А что касается «Тихого Дона» — я могу сказать, у меня давно уже была написана и напечатана эта статья о Шолохове. Могу сказать, что там на 99%, это будет так, как есть на  самом деле.

А.Позняков― В этой связи хочу процитировать слова бывшего главы отборочного комитета, когда он выступил против того, чтобы разделили премию между Шолоховым и Ахматовой. Он пояснил, что, по его мнению, между упомянутыми литераторами нет ничего общего, кроме языка.

В.Ерофеев― Это так и есть дело в том, что в России очень часто случаются две культуры, когда одна культура другую не слышит. Ест такой страшный феномен, когда люди друг друга не слышат просто от того, что между этими берегами реки уже протекает кровь, это река с кровью. И тогда, конечно, Ахматова была на  совершенно другом берегу (жившая всю жизнь на полном гособеспечении и не вылезающая из госсанаториев) , а  Шолохов был на берегу вместе со Сталиным. Поэтому это правильно, с этой стороны, справедливо.

Когда-то я был в  «Нобелевской академии», они пригласили Горбачева как политика и  меня как писателя. Горбачев не приехал, и мне пришлось туда ехать. Что такое «Нобелевская премия» для России? Она, кстати, гораздо значимее, чем для многих других стран. Мы вообще такие любители  — у нас и вся священники помпезно одеваются, и все писатели примеряют «Нобелевскую премию» с  20 лет. Так вот я  посмотрел на этих людей, произнес речь в том зале, где получают «Нобелевские премии», помимо того, что я спал в том отеле, где спят нобелевские лауреаты. А еще был ужин, где были все ребята, которые нам присудили «Нобелевскую премию»  — оказалось, что они почти все говорят по-русски,  — вот такое почтение у них к русской культуре. И  я понял, что при всем том, что шведы такие сдержанные и нейтральные, у  них все равно бьется какая-то социалистическая жилка, левая. Поэтому для них то, что они отдали Шолохову, это понятно. Даже больше, чем то, что они отдали Пастернаку.

Вот, собственно, как бы и все для тех читателей, кто внимательно читал внимательного писателя В.Ерофеева.

А теперь послушаем , что скажет Роман Сенчин, российский прозаик, литературный критик, заместитель главного редактора газеты «Литературная Россия».

Виктору Ерофееву хочется задать множество вопросов. Например, зачем советской власти нужен был «Тихий Дон»? В романе этом нет «коммунистического содержания», там на равных красные режут белых, белые — красных, и те и другие — мирных жителей. Хотя мирных жителей в гражданской войне не бывает… И если публикация первых двух книг вписывалась в общее развитие русской (советской) литературы 1920-х, то выход в свет третьей (публиковалась с 1929 по 1932 годы с перерывами из-за цензурных преград) и четвертой (1937−1940) книг можно считать чудом. Хотя чудо это имеет объяснение в отношении Сталина к литературе — талант писателя он нередко ставил выше идеологической пользы. Чему до сих пор удивляются даже стопроцентные враги этого деятеля…

И как это согласуется со словами Виктора Ерофеева и многих других, уверенных, что «Шолохову выдали этот роман»? Если выдали, то когда? В 1924 году? И Шолохов сначала написал в стилистике романа три десятка рассказов, а потом уже стал предъявлять части «Тихого Дона»?

Более чем фантастический сюжет.

Конечно, «Тихий Дон» — во всех отношениях грандиознейшее произведение. Но, на мой взгляд, большинство рассказов конгениальны ему. «Шибалково семя», «Нахаленок», «Семейный человек», «Кривая стежка», «Двухмужняя», «Жеребенок», «Чужая кровь»… Даже на фоне расцвета литературы в середине 1920-х эти рассказы выделяются. Причем очевидно, что написаны они совсем молодым человеком.

Совсем молодым человеком создана и черновая рукопись первых глав «Тихого Дона». И стилистика, динамика их та же, что у рассказов. И та беспощадность, что свойственна почти всем героям шолоховских рассказов. На первых же страницах, например, есть деталь: Григорий Мелехов портит и бросает девку. Но, видимо, поняв, что этим он сразу же губит героя в глазах читателей, автор вычеркнул ее. Вычеркиваний подобного рода в рукописи немало, видна и работа по изменению интонации — от той, что присуща жанру рассказа к той, что необходима для эпопеи.

Почему такую реакцию — «не Шолохов написал «Тихий Дон!» — вызывают любые упоминания об этом произведении? Как мне представляется, российское общество делится на две части: одни считают великим романом «Доктор Живаго», другие — «Тихий Дон». Но так как заявлять, что «Тихий Дон» — произведение слабоватое, рискованно для репутации литературоведа, критика, интеллигента, то первым делом шишки валят на Шолохова. Вспоминают, что он говорил с высоких трибун, какие письма подписывал, а сам, дескать, присвоил чужое произведение.

Пастернак в представлении большинства — жертва, а Шолохов — чуть ли не палач. Изучение жизни этих двух писателей и эпохи, в которую они жили, показывает, что не всё так просто и однозначно.

Обоим этим писателям присудили Нобелевскую премию. Борису Пастернаку за стихотворения и «Доктора Живаго», которого он открыл миру в период «оттепели», а Михаилу Шолохову — за «Тихий Дон», опубликованный в годы коллективизации и массовых репрессий… Кстати, не откажись Пастернак от Нобелевки в 1958-м, ее наверняка бы Шолохову не присудили в 1965-м. Но цивилизация в лице Шведской академии не могла пройти мимо гражданской войны в России. Не запечатлеть память о ней. «Тихий Дон», увенчанный главной в мире премией, стал вечным обелиском этой страшной трагедии.

Казалось бы, после обнаружения и публикации рукописи первой и второй книг «Тихого Дона» большинство скептиков согласилось, что роман написан Шолоховым. Вопросы вызывает множество странных описок (дескать, Шолохов переписывал чужую рукопись и кое-что не мог разобрать), но, рискуя показаться нескромным, как человек, пишущий от руки, я, например, перечитывая или набирая на компьютере свою рукопись, часто поражаюсь, какие делал описки, ошибки. Бог знает, что там происходит с мыслью, пока она бежит от головы до пальцев…

Но если даже принять версию Виктора Ерофеева (а для него это почти утверждение), что «Шолохову выдали этот роман», то что делать с рассказами, «Поднятой целиной», «Они сражались за Родину»? Получается, они тоже ему «выдавались». То есть, с 1923 по конец 1960-х где-то сидел таинственный человек, который писал за Шолохова. Зачем? Возможно ли это?

А ведь и первые рассказы, и «Тихий Дон», и «Поднятая целина», и «Судьба человека», и «Они сражались за Родину» написаны одной рукой. Есть страницы и целые куски слабые, вымученные, как, к примеру, финал «Поднятой целины». Тот, что после слов: «…Вот и отпели донские соловьи дорогим моему сердцу Давыдову и Нагульнову, отшептала им поспевающая пшеница, отзвенела по камням безымянная речка, текущая откуда-то с верховьев Гремячего буерака… Вот и всё!»

 

И как это согласуется со словами Виктора Ерофеева и многих других, уверенных, что «Шолохову выдали этот роман»? Если выдали, то когда? В 1924 году? И Шолохов сначала написал в стилистике романа три десятка рассказов, а потом уже стал предъявлять части «Тихого Дона»?

Более чем фантастический сюжет.

Конечно, «Тихий Дон» — во всех отношениях грандиознейшее произведение. Но, на мой взгляд, большинство рассказов конгениальны ему. «Шибалково семя», «Нахаленок», «Семейный человек», «Кривая стежка», «Двухмужняя», «Жеребенок», «Чужая кровь»… Даже на фоне расцвета литературы в середине 1920-х эти рассказы выделяются. Причем очевидно, что написаны они совсем молодым человеком.

Совсем молодым человеком создана и черновая рукопись первых глав «Тихого Дона». И стилистика, динамика их та же, что у рассказов. И та беспощадность, что свойственна почти всем героям шолоховских рассказов. На первых же страницах, например, есть деталь: Григорий Мелехов портит и бросает девку. Но, видимо, поняв, что этим он сразу же губит героя в глазах читателей, автор вычеркнул ее. Вычеркиваний подобного рода в рукописи немало, видна и работа по изменению интонации — от той, что присуща жанру рассказа к той, что необходима для эпопеи.

Почему такую реакцию — «не Шолохов написал «Тихий Дон!» — вызывают любые упоминания об этом произведении? Как мне представляется, российское общество делится на две части: одни считают великим романом «Доктор Живаго», другие — «Тихий Дон». Но так как заявлять, что «Тихий Дон» — произведение слабоватое, рискованно для репутации литературоведа, критика, интеллигента, то первым делом шишки валят на Шолохова. Вспоминают, что он говорил с высоких трибун, какие письма подписывал, а сам, дескать, присвоил чужое произведение.

Пастернак в представлении большинства — жертва, а Шолохов — чуть ли не палач. Изучение жизни этих двух писателей и эпохи, в которую они жили, показывает, что не всё так просто и однозначно.

Обоим этим писателям присудили Нобелевскую премию. Борису Пастернаку за стихотворения и «Доктора Живаго», которого он открыл миру в период «оттепели», а Михаилу Шолохову — за «Тихий Дон», опубликованный в годы коллективизации и массовых репрессий… Кстати, не откажись Пастернак от Нобелевки в 1958-м, ее наверняка бы Шолохову не присудили в 1965-м. Но цивилизация в лице Шведской академии не могла пройти мимо гражданской войны в России. Не запечатлеть память о ней. «Тихий Дон», увенчанный главной в мире премией, стал вечным обелиском этой страшной трагедии.

Также давайте выслушаем точку зрения М.Анненского

Лев Александрович Аннинский родился в 1934 году в Ростове-на-Дону, один из самых авторитетных литературных критиков и литературоведов России. Окончил филологический факультет МГУ, работал в ряде литературных журналов, автор и ведущий ряда тв-передач, преподаватель. Член Союза писателей РФ. Кавалер Ордена «Знак Почета» и многих литературных премий, национальной телевизионной премии «ТЭФИ». В номинации «Критика и литературоведение» получил премию «Писатель XXI века» за 2014 год.

– Лев Александрович, давайте разу определимся, Шолохов для вас это…

– … один из любимейших писателей, бесспорно. У меня есть к нему, с позволения сказать, свое особое отношение. Я узнал о нем в 1941 году, когда мне было семь. Мой отец – из донских казаков, а мама – украинская еврейка. В первый же день объявления войны отец побежал записываться добровольцем; он был крайне возбужден и уверен, что уже через неделю пришлет нам телеграмму из Берлина – поскольку ну что такое Германия, да и, ясное дело, все немецкие рабочие перейдут на нашу сторону. Вот с таким настроением через семь дней после начала войны он и отбыл на фронт, оставив маме книгу с дарственной надписью – «Милой Анне на память. Расти сына сталинцем…» Этот толстый том и был «Тихим Доном», в котором я по малолетству ничего, конечно, не понял. Отец с войны не вернулся… А я к оставленной им книге возвращался не раз и к семнадцати годам знал ее уже очень хорошо. «Тихий Дон» меня манил. Не все еще понимая, я чувствовал в нем нечто особенное, ощущал, что от этих трудночитаемых для меня в ту пору текстов шла какая-то невероятная сила внутренняя.
 

Почему с русскими такое случилось? Почему все распалось в нас на красное и белое? И вот что такое для меня «Тихий Дон»: это - не тоска по эпопее, а эпопея, реализованная в гибельный момент утраты единства народа. В «Тихом Доне» каждое слово, каждая строка кровью и слезами написаны! Знаете, дойдя до черного солнца в финале, этого черного солнца безысходности, я какие-то вещи просто боялся формулировать для себя, хотя и чувствовал их остро… Все в «Тихом Доне» – на грани беды. Гришка Мелехов – он с красными или с белыми? И с теми, и другими. Но разве это было возможно? Невозможно! А как же писать-то тогда? А вот так… Душой, располосованной, на куски, разорванной этой войной гражданской! В этом и есть эпопея невероятная! Гришка же и красных понимает, и белых. И Шолохов в этом смысле - тончайший выразитель страданий народа.
 

– А когда мы учились в школе, нам преподносилось, что Мелехов, все-таки в итоге пришел внутренне к красным…

– Ну нет, конечно, тут и спорить нечего. И от тома к тому белогвадейский дух только нарастал. Хотя это белогвардейский роман ровно в той же степени, что и красногвардейский. Однако печатать его разрешил лично Сталин, и получение Шолоховым Сталинской премии – прямо накануне войны - многих шокировало. И злило недругов потом – как же, мол, он смог так устроиться, такое протолкнуть?

– Да, честно говоря, это момент не очень понятный.

– Надо сказать, что Иосиф Джугашвили, прекрасно понимая, какое огромное историческое испытание надвигается для всего народа, очень на многое шел ради его сплочения. Один из примеров – восстановление в ходе войны отношений с церковью, возвращение Патриаршества. Не будем говорить, что он натворил в ГУЛАГе, не о том в данном случае речь. Речь - о том, что он понимал значение этого романа, значение единства и значимость его утраты. Ну, а кроме того, их с Шолоховым связывали особые отношения.

– Вот об этом хотелось бы услышать подробнее. Как и вообще о том, чем сейчас сердце успокоилось в смысле бесконечных терзаний имени Шолохова – он писал или не он, кем он реально был… Ведь существовала версия, что и фамилия эта – псевдоним, и что писал за Михаила Александровича чуть ли не коллектив литературных рабов.

– Благодаря усилиям шолоховедов открылось много любопытных деталей, которые объясняют то, чего официальная биография писателя не могла объяснить никоим образом. Речь, конечно, идет об одной гипотезе, но я ее, признаться, принял. Поскольку без нее слишком многие вопросы остаются без ответа.

– Главный вопрос, думаю, на поверхности: совершенно непонятно, как молодой, 23-летний человек мог написать текст, потрясающий по глубине, создать который без, как сейчас говорят, «бэкграунда», кажется совершенно невероятным...

– … Вот-вот, а кроме того, непонятно, как и откуда он мог раздобыть архивные документы периода Гражданской войны, когда они были засекречены, и он явно не был среди тех, кто получил к ним доступ потом… Но давайте попробуем ответить на этот вопрос последовательно, в несколько этапов. Первая часть: разговор об авторстве. Он был решен давно и однозначно: компьютерный анализ, проведенный в Швеции, показал, что роман написан одной рукой. И это рука Шолохова.

– Солженицын все равно ставил это под сомнение.

– Меня это, честно говоря, как-то даже обижало… Александр Исаевич предполагал, что автором «Тихого Дона» мог быть Крюков. Был такой казачий бытописатель, я читал его произведения и скажу вам так: даже если взять самое удачное из созданного им, в свое время ушедшим от советской власти к белым, совершенно очевидно, что там и близко нет той трагедии и глубины, которой проникнут «Тихий Дон». Не та это рука!

– Теперь, Лев Александрович, пожалуйста, о том, что касается неизвестных фактах биографии Шолохова? Вы заинтриговали…

– Тут вот в чем дело. Часть фактов приведена в его официальной биографии, а часть – резко с ней разнится. Итак, в Ясеновке на Дону жил некий помещик Дмитрий Попов. У него в имении горничной служила Анастасия Даниловна Черникова, и фактически она была его наложницей. Узнав о ее беременности, Попов девушку, так сказать, начал пристраивать. У Анастасии Черниковой родился сын Саша – Попов. Вскоре она приладилась к некоему Александру Шолохову, который в тех местах пытался устроить собственный бизнес – скупал зерно и все такое.

 

 Александр Михайлович Шолохов

 

В 1905 году Анастасия Даниловна родила второго сына, Мишу. Михаила Александровича Шолохова. Саша Попов при этом регулярно встречался с настоящим отцом и даже жил подолгу у него в имении. Есть также предположение, что Анастасия Даниловна вполне могла продолжать встречаться с Поповым уже будучи замужем за Шолоховым, и второй ее сын, Миша, был тоже от Попова, что, правда, сути дела не меняет. А суть в том, что много позже в «Тихом Доне» в описании поместья Листницких знающие люди с легкостью узнали имение Попова, там было просто фотографическое сходство, включая описание луж. И как его мог описать Миша, там не живший, большой вопрос.

 

Автор: РИА Новости

 Михаилу Шолохову четыре года

 

– О брате Саше, простите, я вообще упоминаний не встречала...

– Тем не менее, он был. И в 1914 году 22-летний кадет Александр Попов был призван на фронт. А его сводный (или родной?) брат Миша через год отправился учиться в Москву. Это все – факты известные и достоверные. Гипотезы же начинаются примерно отсюда. Короче, Миша отправляется на уч:), но вскоре следы его теряются. Он пропадает без вести – очевидно, погибает. Время было непростым, это же годы революции. А Саша Попов переходит на сторону деникинцев и активно участвует в антибольшевистском Донском восстании 1919 года: работает как связной офицер. Варится в этом котле, через его руки проходит военная документация – как точно потом описанная в «Тихом Доне»! Но при этом он со временем заражается революционным духом и… проникается сочувствием к большевикам. Они его перевербовывают. Это – факт: в рассекреченном ныне архиве товарища Сталина есть карточка агента Александра Попова, на которой рукой Сталина написано – «лично предан»…

– Все вами сказанное переворачивает сознание. И пробирает – до мурашек…

– Слушайте дальше. И вот кончается гражданская война. Возникает вопрос: что делать с агентами? Теми, кто участвовал в расправах, например. Как им жить – под своими фамилиями? Им начинают придумывать биографии и имена. Но воображение работает слабо: одних, скажем, Кузьминых напридумывали столько, сколько физически появиться не могло. Тем временем Саша Попов, начавший пописывать рассказы, поскольку в нем просыпаются талант и тяга к писательству, получает в Москве квартиру – только не от какого-то там жилуправления, а от… экономического отдела ЧК. И, конечно, трудно сказать, что ему пришло в голову сначала – взять фамилию брата как псевдоним или сразу позаимствовать и его биографию, поскольку следов реального Миши Шолохова попросту нигде не было. Судя по всему, кстати, они и внешне, несмотря на разницу в возрасте, были похожи.

– Но ведь есть мама… Или ее уже не было?

– Нет, она была, одиноко жила себе на Дону. Я не знаю этого, но думаю, что с ней договорились. В конце концов, ей могли объяснить, что это спасет от любых преследований ее единственного оставшегося в живых сына. Словом, в 1926 году автор «Донских рассказов» Александр Попов вернулся на родину уже… став Михаилом Шолоховым. Понимаете, литератор Попов ни в каких псевдонимах не нуждался. Но чекист Попов без мистификации жить бы просто не смог.

 

Автор: РИА Новости

Михаил Шолохов с матерью Анастасией Даниловной

 

– А односельчане как же? И однополчане – те же деникинцы?

– Прошло немало времени с тех пор, как Попов покинул малую родину. Хотя он явно опасался раскрытия своей тайны. Конечно, когда стал сталинским лауреатом и известным писателем – в меньшей степени, мало кто посмел бы открыть рот против столь известного человека. Но, заметьте, Шолохов всегда напускал тумана и отшучивался, когда речь заходила о некоторых деталях его биографии. А в 1956 году с ним попытался встретиться один из бывших руководителей Вешенского восстания Павел Кудинов, к тому времени отсидевший в лагерях. Он приехал в Вешенскую, на свою родину, очень хотел повидаться с Шолоховым, но тот ловко избежал встречи, мигом укатив из станицы и отправившись за рубеж. А сам Кудинов, кстати, вскоре покончил с собой. (Последние годы П.Кудинова прошли в Болгарии, в сильной тоске по России, в 1967 году его сбил поезд, но версия самоубийства не отвергалась. Кудинов высоко отзывался о романе «Тихий Дон», признавая, что все в романе описано очень точно. – Прим.ред.)

– Вы сказали об особых отношениях Попова… То есть Шолохова и Сталина. Они и потом продолжались, до самой смерти вождя?

– Шолохов на Дону оставался «источником» Сталина и продолжал его информировать обо всем, что там происходит, отсылая вождю частные письма через его секретаршу. Эта сторона жизни писателя ныне секретом большим не является. Да и прямой телефон Сталина у Шолохова был. Надо сказать, ему многое в этой его работе удавалось: он вставлял палки в колеса слишком рьяным проводникам «линии партии», срывая им «искоренение саботажа» и развенчивание мнимых «заговоров». Дошло до того, что на Шолохова донские власти состряпали целое политическое дело, но Сталин устроил обвинителям и писателю очную ставку и по ее итогам доверие к Шолохову у вождя укрепилось, а весь партаппарат Донкома с треском слетел с постов. Ничего не могу сказать: я должен быть и лично благодарен Шолохову, поскольку по его донесениям Сталин написал знаменитую статью «Головокружение от успехов», в результате чего оставили в покое моего деда – Ивана Васильевича Иванова.

– Это как, простите?

– В статье было сказано, что, мол, в станице Ново-Аннинской дошли о того, что раскулачили бывшего учителя. Это и был мой дед. Эта статья, вырезанная из газеты, у него потом на стенке висела… Мы же по роду – Ивановы. Отец когда стремился к Мейерхольду поступить, услышал, что Ивановых и так достаточно, взял себе фамилию вторую – по месту рождения. Потому и я Иванов-Аннинский по паспорту. Кстати, еще к теме особых отношений: рассказывают, что как-то, собрав писателей, включая Фадеева, на совещание, Сталин прохаживался по залу, покуривая, остановился за Шолоховым и спросил: «Товарыщ Шолохов, гаварят, вы в послэднэе врэмя сильно пьете?» Наступила зловещая тишина. Шолохов отвечает: «Да от такой жизни запьешь…» Тишина стала еще более зловещей – ведь понятно было, что за этим могло стоять! А Сталин чуть ли не пылинку с пиджака Шолоховского снял, кивнул: «Ну, ничэго!» – и пошел дальше.

– Ну, если принять всю эту гипотезу и вспомнить еще и надпись «лично предан», все понятно…

– Думаю, да. Ну а что еще… Известно о Шолохове много. И – мало. Насколько я понимаю, как именно он получил чин полковника доподлинно никто так и не знает, поскольку в официальной биографии писателя военная служба не обозначена. На фронт-то он выезжал, да. А чины в секретных службах – засекречены.

Ну а финал всей той истории таков. Когда Сталин умер, советские писатели славили его имя в стиле «ушел гениальный вождь», «зодчий коммунизма» и все такое. Слова Шолохова прозвучали фактически диссонансом. Он сказал: «Прощай, отец!» Мне кажется, это яркая деталь.

– Так что вы приняли эту версию биографии Шолохова…

– …под влиянием убедительных аргументов шолоховедов.

– А какие-то личные ощущения у вас по этому поводу были?

– За год до смерти, в 1983 году, Шолохов появился на экране в связи с 50-летием литературной деятельности. Ему было вроде бы 78, что совсем не так много, если вспомнить, каким крепким он всегда казался. Да, он болел, но все же выглядел теперь каким-то уж совсем не живым, несмотря на свойственные ему шутки и балагурный стиль… Казалось, он держится из последних сил. Но если предположить, что на самом деле ему было уже 90 лет, все встает на свои места. Он их прожил как знаменитый писатель и мало кому известный разведчик.

– Эту историю надо как-то переварить…

– Это рассказ – гипотетический – о судьбе человека. Но о нем как об авторе знать ничего и не надо – надо просто читать его великую эпопею, в которой рассказывается, как утрачивается и спасается великое государство великого народа. Ведь рядом с «Тихим Доном» можно поставить лишь несколько романов его современников – «Жизнь Клима Самгина» Горького, «Угрюм-реку» Шишкова, «Жизнь и судьбу» Гроссмана… Но по трагичности, переживаниям, страданиям по утраченному единству, по силе отчаяния и любви к исчезающей отчизне «Тихий Дон» для меня все равно стоит на первом месте. И правильно Шолохову дали Нобелевскую премию!

– А почему сейчас мы вновь переживаем подъем интереса к творчеству Шолохова – кем бы он ни был?

– Ну как же! Потому что Россия пытается возродиться как великая держава. Не разорванная на красных и белых. И это вызывает… Нет, не ненависть, это вызывает ревность и беспокойство у некоторых наших соседей по Земному Шару… Этого просто никто не ожидал. Шолохова вспомнили, потому что русский народ пытается вернуть единство своей истории. Вся история нашего государства была построена на отрицании новым этапом этапа старого. И чтобы перешагнуть эти бесчисленные кровавые разборки, надо иметь огромную любовь к народу и стране. Он это понимал – как никто.

Что вы думаете по этому поводу? Каково ваше мнение?

И, действительно. почему страсти кипят до сих пор?

 

 

 

Оставьте свой голос:

219
+

Комментарии 

Войдите, чтобы прокомментировать

northern_pony
northern_pony

в одну корзину с версией, что Пушкин писал под диктовку няни, а Софья Толстая при переписке переработала все произведения мужа до неузнаваемости, а Толстой ничего не заметил

qweewq
qweewq

northern_pony, респект, лучше и не скажешь!

strega1933
strega1933

northern_pony, Глупо.

Miracle
Miracle

Загадочным можно назвать Гоголя или Булгакова, но, увы, не Шолохова

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa

Miracle, это вам так кажется. Посмотрим, что скажут наши потомки

Miracle
Miracle

elena_dokuchaewa, наши потомки скажут тоже самое, что и соотечественники

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa
Показать комментарий
Miracle
Miracle

elena_dokuchaewa, ага, но писатель от этого загадочнее не станет))

strega1933
strega1933

Miracle, Человек всю жизнь сидел в деревне и пил.Ничего не делал.Куда уж загадочней.))

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa

strega1933, что делает Ерофеев? И вообще, ответьте мне люди, почему он настолько косноязычен? Его невозможно читать

strega1933
strega1933

elena_dokuchaewa, А причем тут какой-то Ерофеев? Если Ерофеев графоман,то каким образом это относится к тому факту,что Шолохов ничего не писал?

strega1933
strega1933
Показать комментарий
elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa

strega1933, я забыла написать, что шведы также проводили экспертизу текста, перед тем как дать премию

strega1933
strega1933

elena_dokuchaewa, И? Какого текста?
Смешно вообще говорить об авторстве Шолохова.Достаточно биографию прочитать и всё.

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa

strega1933, вы наверное великий литературный критик или гениальнейший филолог, чтобы сделать такой вывод. А может просто расчистка. Чем вам биография Шолохова то не угодила? И у кого такая какая надо биография? Просто интересно))

strega1933
strega1933

elena_dokuchaewa, Да НИ У КОГО такой биографии нет.Вообще за всю историю литературы.
Сидел деревенский мальчик без нормального образования,занимался грабежом крестьян.Поехал в Москву учиться на писателя.Не взяли,потому как малограмотный.Вернулся в деревню сел и написал большой роман о сложнейшем периоде в жизни страны,показав при этом и владение словом,и знание психологии и человеческой природы,причем без малейшего намека на юношеский максимализм.После чего всю жизнь просидел в деревне и пил.Выдавал частями раз в 10 лет продолжения своего романа.
У всех настоящих писателей можно проследить развитие своего стиля.Легко отличить произведения молодого автора от его же более зрелых работ.И только у Шолохова-''История Бенджамина Баттона''.))

Кстати,есть еще один очень известный автор,который свой шедевр явно не писал.Догадаетесь?

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa

strega1933, а вы читали произведения Шолохова или основываете своё видение ситуации из каких то других, альтернативных источников?

strega1933
strega1933

elena_dokuchaewa, Читала.

Roya
Roya

strega1933, Шолохов еще и "Поднятую целину" написал, если что. Если огромное количество авторов одной гениальной книги, но это точно не про Шолохова. Он выдающийся писатель, спорный вопрос только с "Тихим Доном".

strega1933
strega1933

Roya, Поднятая целина-это очень слабая книга.Очень.

Загрузить еще

Войдите, чтобы прокомментировать

Сейчас на главной

Крис Прэтт в Москве: фотоколл и пресс-конференция с актером
Эволюция: Ирина Шейк
Красота в будуаре: Мэрайя Кэри на запуске своей косметической коллекции
Звездный Instagram: благотворительность и шоу Victoria`s Secret
Мэттью МакКонахи с женой Камиллой Алвес и детьми на премьере мультфильма "Путь к славе"
Крис Прэтт, Зоуи Салдана и маленький Грут в новом трейлере фильма "Стражи галактики 2"
Выбираем образ недели: 19.11. - 2.12.
Пять месяцев счастья: Сергей Безруков опубликовал новое фото дочки Маши
В полном составе: Риз Уизерспун с мужем Джимом Тотом и детьми на премьере мультфильма
Дженсен Эклс и Дэннил Харрис стали родителями близнецов
Шикарные формы: новые фотографии Кайли Дженнер в купальнике
Битва платьев: Дженьюари Джонс против Ксении Соловьевой
Рождественские коллекции макияжа: часть I
Мадонна сделала предложение Шону Пенну, оделась в костюм клоуна и раскритиковала Дональда Трампа
Второй этап конкурса "Самые стильные в России-2017" по версии HELLO!: самая стильная пара
Иван Ургант, Влад Лисовец, Татьяна Геворкян и другие на открытии бутика
Новый сериал: Евгений Цыганов, Мария Андреева и другие в сериале "София"
Дмитрий Хворостовский отменяет выступления из-за ухудшения здоровья