Опубликовано пользователем сайта

Говорят, что...

Сексизм, лицемерие: что не так с преподаванием литературы в школе

232
Сексизм, лицемерие: что не так с преподаванием литературы в школе

молодой учитель литературы и ведущий курсов художественной критики Артем Новиченков рассказал, как на самом деле классика воспитывает современных детей и почему вопрос «Что хотел сказать автор» должен быть под запретом.

Артем Новиченков

Выпускник факультета журналистики МГУ имени М.В.Ломоносова (кафедра художественной критики и публицистики); учитель литературы в школе № 2009; преподаватель НИУ ВШЭ; методист в проекте «Учитель для России»; ведущий курсов художественной критики в Домжуре; лектор культурной платформы «Синхронизация». Писатель, драматург

 

О женском и мужском

Когда я спрашиваю подростков, каких поэтесс они знают, называют Ахматову, Барто, реже Цветаеву и Ахмадулину, бывает, Полозкову. В общем-то, все. Спрашиваю, отличается ли мужская поэзия от женской, и мне отвечают — да, потому что «женщины эмоциональнее», «мужчины точнее», «мужчины пишут кратко, а женщины длинно», и вообще «женщины пишут только про любовь», а у мужчин «серьезные стихи».

Я выписываю все это на доску, потому что это то, что мне и нужно, — пунктик, который формирует нацию и на который никто не обращает внимания. Тем более дети. Одиннадцать лет на уроках литературы они познают мир через призму мужского восприятия: читают о том, как мужчины живут и умирают, как мужчины любят и ненавидят, как мужчины страдают, размышляют, чувствуют и сопереживают. Как мужчины понимают мужчин и женщин. Как мужчины думают о том, что думают женщины, что чувствуют женщины. Долгое время внимание девочек и мальчиков направлено однобоко в сторону мужчин — детей готовят к патриархальным ценностям, к мужскому миру.

Я говорю, что сейчас буду читать им стихи, не называя автора, а им предстоит определить пол. Дети чаще ошибаются, а когда угадывают — радуются удаче. После каждого стихотворения разгорается спор. Разговор о поэтической идентичности переходит в разговор о различиях между мужчинами и женщинами. За аргументами школьников угадываются семейные ценности. Мальчикам нравится думать, что они отличаются. Девочки более гибкие. И я не знаю, что это: широта взглядов или конформизм. Так или иначе, выписанные предположения не проходят проверки. К концу урока доска напоминает список покупок с вычеркнутыми наименованиями. Со звонком я повторяю вопрос, отличается ли мужская поэзия от женской. Вывод они сделают сами.

Я знаю, что это капля в море, и знаю, что, скорее всего, большинство из них забудут этот урок. Однако это не повод не говорить об одной из главных, на мой взгляд, проблем в российской школе — воспитание сексизма и установка на патриархальное мышление.

Возможно, кому-то сейчас кажется, что я перегибаю. Мол, воспитывать патриархальные ценности через литературу — о таком и не думает учитель. Он просто дает материал, как было всегда. Учитель даже может и не знать слова-то такого — «сексизм». Да, конечно, учитель наверняка не думает об этом, потому что просто не сознает, чему литература может научить опосредованно.
Дети, которых вроде бы не учили тому, что Пушкин пишет только лаконично и только серьезно, а Цветаева только абстрактно и только о себе, утверждают именно это. Почему?

В нашем обществе, где мифологическое и символическое по сей день имеют большое значение, за понятиями «мужское» и «женское» закреплен ряд ассоциаций:

«Мужское»

сила

рациональность

дух

активность

Логос

культура

свет

«Женское»

слабость

эмоциональность

материя

пассивность

хаос

природа

тьма

Кроме того, мужское соотносится с общечеловеческим, а женское — со второстепенным. Такую иерархию на протяжении веков поддерживала христианская церковь, основываясь на двух ветхозаветных мифах: о происхождении Евы из Адамового ребра и, естественно, о грехопадении.

Эту идеологию русская литература пронесла сквозь века. Писатели первой половины XIX века (произведения которых изучаются в школе особенно пристально) культивировали идеалы мужчин. Женские образы делились на два типа — легкомысленная дурочка (бедная Лиза) и верная жена (Татьяна Ларина) — и по сути лишь воплощали модели поведения, которые предполагает патриархальный уклад. История жизни женского персонажа и размышления автора на этот счет, как правило, отсутствовали. Ни в «Герое нашего времени», ни в «Мертвых душах», ни в «Обыкновенной истории» их нет.

Литература воздействует на подсознание человека как 25 кадр, только вместо скрытой рекламы читателю предлагается идеология патриархата

Этот процесс превращения женщины из самостоятельного субъекта в объект описания американские исследователи Барбара Хельдт и Джо Эндрю назвали термином underdesсription («подчинение письмом»). Так что, если хотите, литература воздействует на подсознание человека как 25-й кадр, только вместо скрытой рекламы читателю предлагается идеология патриархата.

Если заглянуть в список авторов, обязательных к прочтению и предлагаемых на выбор для сдачи ЕГЭ по литературе, увидим, что школьная программа на 98% (64 из 67) состоит из авторов-мужчин. Упоминаемые там же Ахматова, Цветаева и Ахмадулина обычно изучаются только в 11-м классе и чаще всего бегло. Так женщина практически не попадает в оптику школьной литературы.

Чему на самом деле учат в школе

 

Русская литература — самая сложная европейская литература, потому что в свое время она выступала в роли философии, публицистики, политического высказывания и даже морального мерила. И эти тексты предлагаются к прочтению подросткам. В том же возрасте их европейские и американские сверстники читают развлекательную и понятную литературу.

Какой учитель может объяснить суть лирического отступления о птице-тройке в «Мертвых душах», которую всем задает учить наизусть? Какой учитель может помочь понять школьнику психологизм Печорина или чувства Онегина? Редкий.

И это вторая, как мне кажется, важная проблема, касающаяся преподавания литературы в школе и имеющая скверные последствия — невозможность честного и искреннего диалога. Потому-то литература в школе на самом деле литературоведение, при этом разговор «о чем написан текст» подменяется разговором о том, «как он сделан». Ну и еще этот претенциозный вопрос «Что хотел сказать автор?», варварски искажающий и упрощающий саму идею искусства. Потому что мы не можем знать, что хотел сказать автор тогда, двести лет назад. А может быть, он сказал вовсе не то, что хотел или замышлял? Достоевский изначально задумывал написать роман «Пьяненькие», а в итоге написал «Преступление и наказание».

Кроме того, русские писатели были безжалостно честны. Это читатели английской и французской литературы привыкли к хеппи-эндам. Вот навскидку, много ли вы можете назвать русских произведений XIX века со счастливым концом? Чацкий терпит фиаско, Евгений и Татьяна несчастны, Печорин мучим самим собой, Базаров мертв, Катерина мертва, Каренина мертва. А герои Некрасова, Щедрина, Достоевского? «Война и мир» вот, казалось бы, кончается счастливо. Но если сравнить прекрасную летящую Наташу в начале романа с раздобревшей женщиной, держащей в руке грязную пеленку, могут как минимум возникнуть вопросы.

Русская литература — литература депрессивная, потому что честная. Но как говорить с детьми о такой литературе, в которой от произведения к произведению терпят фиаско идеи гуманизма, справедливости и бога? Герои пассивные поголовно не находят смысла в жизни, а борющиеся оказываются в дураках.

Но на уроках мы будто читаем другие книги: не депрессивные и жестокие, а жизнеутверждающие, высоконравственные. В устах учителя и на страницах учебников литература сводится к горстке словосочетаний: «фамусовское общество», «лишний человек», «мысль семейная» — и терминов: «лирический герой», «композиция», «кульминационный момент» и другие.

Вот и вся литература. С такой литературой можно воспитывать любые ценности под заказ. Как и было в Советском Союзе.

А что происходит в голове школьника? В учебнике написано, учителем проговорено — осталось лишь дословно перенести в сочинение, даже если думаю не так. Садись — пять. Простая манипуляция: учитель доволен, ученик удовлетворен. Сдать и забыть.

Почему дети не должны любить читать

Что мне нравится в детях, так это их наглое умение задавать вопросы, ответы на которые всем кажутся очевидными. Они спрашивают: «А зачем вообще читать книги?»

И мы, взрослые, начинаем отвечать: ну как же, без книг ты будешь глупый неуч, книги воспитывают, меняют человека, развивают воображение и интеллект, книга может стать твоим другом, книга сделает тебя лучше, нравственнее и так далее. Короче говоря, начинаем строить воздушные замки, в которые, если честно, сами не до конца верим. Потому что если спросить себя: а когда я в последний раз читал художественную книгу? Да такую, которая сделала меня умнее, нравственнее, лучше? Нет, мы давно уже не читаем так, как рассказываем.

«Но это ведь ни о чем не говорит! — отвечают родители. — Просто мы повзрослели, а вот в детстве закладывается фундамент, и дети должны читать книги… мы в детстве читали».

А что если дети не обязаны читать книги?

Давайте честно себя спросим: почему мы садимся читать художественную книгу? Хотим стать нравственнее, умнее? В таком случае лучше прочесть журнал или посмотреть фильм Би-би-си. Все-таки мы читаем книги для удовольствия, для развлечения. И фактически относимся к книге так же, как к фильму или спектаклю. Мы хотим с помощью искусства вызвать в себе определенные эмоции, и если этого у нас не получается, значит, просто не тот роман, фильм, выставка.

Однако к детскому чтению у нас отношение особое. Взрослым кажется, что хорошая книга та, что говорит о высоком, нравственном. А комиксы, фантастика, фэнтези — несерьезная литература, на такой не воспитаешь настоящего человека. Вот русская классика — да. Все выросли на ней, это наш культурный код и вообще — без нее стыдно, без нее никуда, и пусть семикласснику хочется плакать от «Бориса Годунова», потому что скучно и ничего не понятно, но надо, Федя, надо.

А вот не надо. Ведь это всего лишь въевшийся в подкорку советский стереотип о том, что литература обязана быть прикладной и должна менять людей. Стереотип, который стал непреложной истиной с легкой руки товарища Сталина, определившего писателей в «инженеры человеческих душ». Такое неблагодарное бремя выпало и другим искусствам — кинематографу, живописи, театру, но только литература так и не смогла избавиться от него, и во многом потому, что была закреплена школьной программой. Так русская классика стала священным каноном, а любой, кто оспаривает это, посягает на святое.

Но пора бы уже избавиться от этого маниакального желания наделить хорошую литературу обязательной практической пользой и перестать пичкать детей текстами XIX века. Мы же не заставляем их смотреть советское кино. Почему литература привилегированна, а кинематограф нет? Будто в литературе спрятана еще какая-то ценность, о которой никто не может конкретно сказать, однако защищает ее. Так, может, нет этой сакральной особенной ценности литературы? Может, не будем делать из художественных текстов священные, а из писателей — пророков?

На самом деле русская литература от этого только страдает, становится дальше и непонятнее. И это в дополнение к тому, что восприятие осложнено исторической дистанцией. Школа учит нас читать романы Тургенева или Достоевского с целью получения пользы, а не удовольствия, хотя они-то писались именно для того, чтобы занять досуг.

Книги как люди. Мы предпочитаем общаться с интересными людьми и читать интересные книги. Только интересы у всех разные. И книги все выбирают разные. Книга не может нас ничему научить, она может лишь раскрыть то, что в нас уже имеется, быть катализатором. Книги отражают нас, как люди. А заставлять читать нежеланную книгу, как заставлять общаться с неприятным человеком. А для закрытого ребенка общение с незнакомыми людьми будет травмирующим.

Но ведь все книги — незнакомцы. Поэтому задача старших познакомить ребенка с книгой, сократить дистанцию, а не обязывать читать. Я убежден, что чтение — естественная потребность человека, как потребность в любви. Но как можно травмировать ребенка и развить в нем комплексы, мешающие счастливой жизни, так можно и воспитать в нем стойкое неприятие к литературе и навсегда отрезать от книг.

Источник: daily.afisha.ру

Оставьте свой голос:

1438
+

Комментарии 

Войдите, чтобы прокомментировать

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa
Показать комментарий
elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa
Показать комментарий
Melaniya
Melaniya
Показать комментарий
tinkerbelle
tinkerbelle

Melaniya, не стоит вырывать эту фразу из общего контекста. Смысл в том , что когда литературное произведение оказывается для ребёнка (на данном этапе его развития) скучным и непонятным, нет смысла насильно заставлять его вникать. Так ведь и правда никакой пользы от прочитанного не будет , только взращивание нелюбви к чтению вообще . Русская классика очень сложна , к прочтению многих произведений надо подходить, будучи уже зрелым человеком с развитым культурным бэкграундом.

Melaniya
Melaniya
Показать комментарий
valerianne
valerianne

Melaniya,
любовь к чтению вырастает из личной заинтересованности к содержанию книжки. И более - ни из чего. Интересно, если бы вас заставляли читать философские трактаты авторства 16 века - то много бы вы от этого полюбили чтение?
Детям обычно нравится про приключения и хеппи-енды. Что-то забавное. ведь лучше заинтересовать, чем заставить... а потом формируется привычка к чтению, и с взрослением личности растут и запросы в плане художественной литературы.

tinkerbelle
tinkerbelle

Melaniya, на мой взгляд нельзя сделать из текста вывод, что можно вообще не читать . Автор вообще говорит, что для него чтение - естевственная потребность человека. Имеется в виду , что читать нужно то, что понятно и интересно (опять же , на данном этапе) . Но у нас многие жанры литературы , которые будут понятны и интересны детям , считаются "несерьезными" , потому что "хорошего человека" из ребёнка не вырастят. И многие забывают, что русская классика - это действительно микс из философии, публицистики и художественного текста , который писался для взрослых образованных людей , а не для зелёных школьников. Читать и взрослым и детям нужно то, что приносит удовольствие от прочтения и при этом способствует рефлексии, анализу прочитанного , "провоцирует" человека на осмысливание своего жизненного опыта . И это не обязательно должно быть невероятно сложное произведение , прочитанное в муках.

Melaniya
Melaniya

tinkerbelle, спасибо, теперь понятно) согласна с вами) вот бы еще действительно подобрать список такой литературы, которая и художественную ценность имеет, и детям интересна. Тогда читать было бы в радость. Но и русскую классику все-таки нельзя исключать, вводить постепенно и действительно в соответствии с возрастом..

tinkerbelle
tinkerbelle

Melaniya, да, и я с Вами согласна ) безусловно , от русской классики нельзя отказываться , и список литературы по возрасту подобрать необходимо , это во многом решило бы проблему с преподаванием литературы в школе )

Pearl
Pearl

tinkerbelle, я вот согласна с вами! как любитель чтения и филолог могу сказать, что искренне не понимаю, как могут дети в 9 классе понять всю глубину характера печорина например!. или базарова. мне кажется, им лучше бы подошел остров сокровищ да или тот же толкиен. но почему то этого нет в программе.

Rockfall
Rockfall

Melaniya, я всей душой ненавидела Маяковского в школе и после. Его стих про гроб, цокающую лошадь вызывал у меня отторжение и я искренне считала автора недостойным. Много позже я прочла Лиличке и я влюбилась в Маяковского только за одно это. Я до сих пор не пойму почему в школе я читала про лошадь и гроб, а не то же Лиличке? Кто вообще подобрал эту хрень в школьную программу? Этот кто -то отбил желание на долгие годы знакомиться с творчеством автора.

В школе надо много читать, чтоб учиться правильно писать и говорить (и взрослым по этой же причине не надо забывать читать). Но что читать- надо подумать, дать варианты. Ребенок должен заинтересоваться, тогда его потом силой и от хороших книг не оттащишь.

Guppy
Guppy

Rockfall, о, я тоже ненавидела Маяковского в школе (его стихи, прочитанные мне мамой в детстве уже были забыты), прямо не переваривала его, но много позже, самостоятельно прочитав, "с чувством, толком, расстановкой", прямо таки прониклась им.

Belle-Esprit
Belle-Esprit

Rockfall, узнаю себя. Нам на внеклассном занятии по литературе учительница сказала, вот вы все думаете, что Маяковский это про паспорта и лошадей, а нет! И прочла нам Лиличке и Письмо Татьяне Яковлевой. У меня случился катарсис тогда. До сих пор ей благодарна.

Bijou
Bijou

Rockfall, нам в школе давали только Облако в штанах! Потом выяснилось, что Маяковский - прекрасный лирик, да блин хоть плакаты бы его давали, чем вот это (

rianulla
rianulla

elena_dokuchaewa, вы статью читали вообще? Или зацепились лишь за слово сексизм в заголовке?

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa
Показать комментарий
Homma
Homma

elena_dokuchaewa, что значит "пробрался"? Он никогда из нее и не уходил, так уж получилось. Действительно, в школах изучают преимущественно литературу, которая была написана в тот период, когда царил полнейший патриархат, и эта литература отражает тот мир и в головах детей часто откладываются те паттерны поведения.

yari4ka
yari4ka

elena_dokuchaewa, вы наверное не прочитали статью

elena_dokuchaewa
elena_dokuchaewa
Показать комментарий
Nadyusha777
Nadyusha777

Я феминистка, пост не читала, го готова сражаться и топтать мужчин. Моя любимая фраза: "Как я рада, что я родилась человеком, а не мужчиной"

Загрузить еще

Войдите, чтобы прокомментировать

Сейчас на главной

Битва платьев: Кендалл Дженнер против Джулии де Леллис
Тина Канделаки снимет сериал о порноактерах
Вера Брежнева стала амбассадором коллекции Giambattista Valli для H&M
Канны-2019: Кантемир Балагов получил награду за режиссуру
Друг принца Гарри и Меган Маркл рассказал о знакомстве с их сыном Арчи
Эмилия Кларк отказалась от главной роли в "Пятидесяти оттенках серого" из-за обнаженных сцен
Стало известно, в какую школу этой осенью пойдет принцесса Шарлотта
Бьюти-дайджест: от Марго Робби в рекламе духов Chanel до нового магазина Sephora
Предполагаемая дочь Владимира Путина Катерина Тихонова защитила кандидатскую диссертацию
Светлана Лобода отмечает год со дня рождения младшей дочери
Елена Крыгина, Тата Бондарчук, Инга Меладзе и другие звезды на презентации в Москве
Модный дайджест: от ЛГБТ-скандала с Calvin Klein до Полины Гагариной на модной презентации
Мила Кунис и Эштон Катчер на шопинге в Западном Голливуде
Яхта, пляж, бикини: Алисия Викандер отдыхает в Испании c друзьями
Уличный стиль знаменитости: Дакота Джонсон в casual-образе в Лос-Анджелесе
Кендалл Дженнер, Орландо Блум, Наташа Поли, Адриана Лима и другие на показе в рамках гала-вечера amfAR
Тереза Мэй объявила об уходе в отставку
Парка и ультрамини: Рианна на презентации своей коллекции одежды в Париже